Читаем Бурсак принцепса Инферно (СИ) онлайн бесплатно

Рассвет медленно приближался к своему апогею, а тёплые лучи солнца приятно ласкали кожу, но моё хорошее настроение всё-таки было омрачено одним неприятным событием.

— Я не могу допустить, чтобы ты ушёл Кам! — зло произнёс бритоголовый пацан.

— Думаешь мне не плевать? — спокойно интересуюсь в ответ.

— Без тебя мы все пропадём, так что прости, но я не могу допустить твоего ухода … — он плавно вытащил из внутреннего кармана своего пиджака баселонг, что в миг превратился в нож-бабочку.

— Балда! — укоризненно покачав головой, я стремительно ускоряюсь и точным Меваши-Гери или говоря проще стопой в нос отравляю парнишку в нокаут.

— Кам… — не успел закончить он, падая на траву.

Утреннее солнце было на самом пике. И это весьма поэтично. Ведь я только что одолел лучшего друга, что был моей верной опорой все эти шестнадцать лет. Но он не прошёл отбор, так что придётся оставить его здесь, словно какого-то пса. Но поступить иначе, к сожалению не могу.

Мы пытались сбежать, устраивали бунты и голодовки, но всё из раза в раз заканчивалось одинаково! Спецназ стражи или один ликвидатор, что являлся по наши души, спокойно наводили «порядок и железную дисциплину». Этим псам системы было плевать, умрёт ли кто из детей, главное, чтобы «щенки» были на месте. Так что нас каждый раз усмиряли, ловили и принуждали к покорности. Ведь когда все становятся магами, то их ценность стремительно падает. Магический катаклизм запустил в каждом живом существе этого мира искру творца. Так что всякая тварь отныне имела неплохой резерв и ядро. По слухам, где-то в соседних пустошах даже были фермы, что скрещивали различных существ и магов для выведения более совершенного вида. Но это лишь слухи, так что здесь всё было попроще, да и ценность поменьше.

Метки на магии крови позволяли им выследить нас хоть в грёбаной пустоши, но как я слышал за такими «потеряшками» уже отправляли тяжёлый отряд ликвидаторов. И пусть у нас и была магия, но в еду постоянно подмешивали алхимическую отраву той или иной направленности. Так что как таковой силы у нас не было. Ровно до одного момента! Прошлым летом в наш «лагерь» привезли сироту с даром школы восстановления, и эта кроха могла нивелировать воздействие любого «яда», а также усиливать нашу магию и физические показатели. Нам повезло, что её дар пробудился уже здесь после сильного стресса. Охрана забила одного из не желавших подчиняться прямо у неё на глазах, что и послужило причиной для магического выброса.

Именно тогда я и ощутил прилив сил и вернувшуюся магию!

Отрубив охраннику голову клинком из чистого льда, я начал этот бунт. Хаотично пробудившаяся магия у двух тысяч детей и подростков — это воистину страшно. Но нас довольно быстро подавили. Зато какой шум был в прессе! Пусть у нас и нет телевизора, радио или же интернета, но порой через высокий забор всё-таки долетают страницы старых газет.

Мы бились жестоко и многих из моих братьев в тот день превратили в калек или вовсе убили, но директору всё же пришлось пойти на уступки. Ой как же он не хотел ослаблять «дисциплину». Больной ублюдок! Но под давлением общественности ему всё же пришлось согласиться на наши условия. Так что теперь у нас было перемирие, шаткое, едва ощутимое, но всё-таки перемирие.

Бросив прощальный взгляд на собрата по оружию, не скрывая своей грусти, я улыбнулся и тихо произнёс:

— Я оставляю всё это тебе, друг мой! Отныне это твоя ноша, а я ухожу в академию. Прости, что так и не оправдал твоих ожиданий… — забрав нож, я спокойно перешагнул через тело своего бывшего капитана.

Голодная жизнь в приюте теперь позади. И я не хочу видеть или слышать даже упоминания о былом. Шустро передав нож одному из пробегавших мальцов, я уверенно направился к рамке металлодетектора. После недавнего случая и массовой бойни как у нас, так и в ближайших заведениях это стало нормой. Охрану усилили и вооружили автоматическим оружием с резиновыми пулями. Теперь эти мордовороты в тяжёлой броне имели больше полномочий и наручники антимагического действия, как в обычной колонии. Но зато мы получили условия жизни хотя бы немного похожие на людские. Еда стала почти нормальной, а охрана не позволяла себе больше рукоприкладства, опасаясь внезапных проверок из опеки и городской администрации, и независимых комиссий.

Заметив недобро улыбающегося «космонавта» с поднятым забралом, я лишь кивнул, подтверждая, что я тоже разделяю его столь «тёплые» чувства со взаимной ненавистью друг к другу. У него не было одного глаза, так что я хмыкнул, узнавая одного из своих кровников. Эта сволочь лишилась глаза от моего ледяного копья в первые минуты бунта, но я думал, что он помер, а нет. Живой гнида. Ну ничего, каждый ответит за свои прегрешения! Если план сработает, то все твари из прошлого персонала загнутся от интоксикации ядами. Наша малышка «Хилл» освоила новые фокусы, так что главное, чтобы они не прознали про это. Но я устал ждать, поэтому и решил воспользоваться тем шансом, что столь удачно подвернулся.

Ответив на хищный взгляд охранника не менее злобно, я получил в ответ лишь презрительную усмешку и «добро» на проход. КПП и сам вход в жилую часть слегка напоминал режимный объект, а решётки на окнах и мощный забор и вовсе делали нас заложниками положения. Люто ненавижу это место всей душой.

Пройдя ещё пару постов с охраной в тяжёлой броне, я наконец-то вышел к административному корпусу. Здесь уже всё было чинно-благородно, пусть и имелись последствия от нашего бунта, но вот охрана в этой части лагеря была в строгих костюмах и без оружия, ибо регламент и не положено, а вот травить детей псами и различными химерами — это запросто! Ёбаный мир, как же я тебя ненавижу... Но, по слухам, где-то ситуация ещё хуже, чем у нас, так что всё познаётся в сравнении, но вот надо ли это грёбаное сравнение? Вопрос...

Привычно петляя по обветшалым коридорам с местами обгоревшими и промороженными стенами, я наконец-то вышел к кабинету директора, что уже сверкал свежим ремонтом. Но я в этом и не сомневался. Ведь эта сволочь всегда спускала деньги из бюджета на свои нужды, а проверяющие и вовсе были у него на зарплате. Надеюсь, что хотя бы внезапные проверки и независимые комиссии направят его на путь истинный или в тюремный каземат, и, признаться, второй вариант нравится мне даже больше.

Бросив хмурый взгляд на двоих парней в костюмах, я показательно громко извинился и ударом ноги выбил наполовину обгоревшую дверь. Охрана попыталась было дёрнуться, но я уже вошёл в кабинет.

— Идиоты! — рычал седовласый мужик с военной выправкой. — Входи Бесфамильный, входи… коли уж пришёл! — наигранно добродушно произнёс Венеамин Юрьевич. — Опять с ультиматумом? — осклабился старик, поправляя причёску в стиле андеркат милитари. — Или уже убивать меня? — в руке директора тут же сверкнула призванная сабля, старик был магом школы оружия и прекрасно владел всем, что только попадало ему в руки. — Так я ж не против! Но чтобы всё было чинно благородно, а то придётся объяснять, почему я тебя зарубил, а это столько писанины. Так что сначала официальный вызов на дуэль, а после я тебя и прирежу, словно шелудивого пса! Но в порядке очереди. — усмехнулся старый вояка, видя моё полное равнодушие.

— Нет? Что ж тогда я всё ещё удивлён, как ты сохраняешь подобное спокойствие. Так зачем же ты явился Карим? Сам ведь говорил, что худой мир лучше доброй войны? Не так ведь? Так что не искушай меня, а то я ведь могу и согласится! Но кому будет проще от твоей смерти? — парни в костюмах уже поставили дверь на место, а директор начал терять былой настрой, но отзывать своё оружие он ещё не спешил, ведь старик видел, как я крошил его цепных псов и рубил головы «космонавтам».

Ничего не сказав, я молча прошёл вглубь его кабинета, совершенно не опасаясь удара в спину. Пусть он и подонок, но какое-то чувство достоинства у него всё же должно быть иначе я не понимаю всех аристократов с их замашками. Ведь они считают себя лучше других, но почему? Старая кровь и родословная? Отнюдь. Кровь у них такая же, как у всех и умирают они ровно так же, как и простые солдаты. Но что тогда? Титулы? Забери у него эту бумажку и кем он тогда будет? Просто никто и ничто! Вся их сила и власть лишь в бумаге. Ведь их сила держится лишь на людской вере, а когда вера кончается, то дворян внезапно поднимают на вилы и раскулачивают. Я уже видел это множество раз, что в одном мире, что в другом, но сильно ли отличается ситуация здесь?

Встав у окна, я оценил прекрасный вид на яблоневый сад. Так вот что он видит каждый божий день? Любопытно. У нас лишь решётки, забор и безысходность, а у него здесь яблоневый сад! Заметив цветочный горшок с геранью, я аккуратно его поднял и тут же подбросил, наблюдая за реакцией старика, но эта каменная глыба оставалась всё так же спокойной. Ловко поймав горшок, я поставил его на место и всё так же нагло прошёл к стеллажу с книгами. Глаза так и разбегались от названий и авторов, но главное, что все они были по магическому искусству и призыву того или иного оружия, так что удивить врага старику есть чем. Трогать книги я не рискнул.

— Может уже хватит испытывать моё терпение? — прорычал Вениамин Юрьевич, призывая тяжёлую булаву во вторую руку. — Я ведь могу и не сдержаться и знаешь что меня останавливает? Я не хочу испачкать ковёр… — практически закипая произнёс он.

Персидский. Машинально отметил я. Видел я такие во время войны с магометанами и просто турками. Хмыкнув, я зацепился взглядом и за его стол, где было много бумаг, а также одно крайне приметное кресло из телячьей кожи. Величественно устроив свой зад на директорское кресло, я спокойно отметил, что он был уже на грани, так что я всё так же молча вытащил из-за пазухи толстую стопку бумаг. Приметив на столе кувшин с вишнёвым компотом, я «случайно» его опрокинул прямо на дорогущий ковёр, но старик был слишком увлечён бумагами, так что даже такой шум не отвлёк его от них. Ну и ладно. Кто-то скажет, мелочь, а я скажу, приятно!

— И что это значит? — почти спокойно поинтересовался старый вояка явно не ожидавший от меня подобно финта ушами. — Хочешь поторговаться? Или будешь требовать очередное смягчения условий проживания? Так я повторю… — слегка поправив очки он недобро улыбнулся. — У нас не тюрьма! Поэтому и никаких послаблений не будет, ведь в моём заведении всё равны! А если что-то не нравится, то направляй через администрацию жалобу в инстанцию выше. — развеяв оружие и наконец-то придя к мысли, что я не настроен агрессивно он улыбнулся более хищно, и даже слегка зверовато походя в этот миг на донельзя довольную гиену.

Но его слова были верны это и правда было его заведение! И порой у меня складывалось впечатление, что в тюрьме и то было бы проще и комфортней чем в доме Малютки*228. А ведь я никогда не был в тюрьме! Или опять же, всё познаётся в сравнении?

— Ухожу я от вас… — с каменным лицом произнёс я отвлекая старика от испорченного ковра.

— В первый раз что-ли? — он усмехнулся. — Как ушёл, так и вернёшься или по твоему наша стража и ликвидаторы зря получают зарплату? Э, нет пацан… В этой жизни всё немного сложнее чем тебе кажется. Так что поверь моему опыту. Здесь или ты сам сломаешься или тебя сломает система! — хмуро произнёс директор. — Но всем в этом мире плевать на таких отбросов как вы. Мне тоже плевать! Но долг перед конфедерацией не даёт мне оставить свой пост, так что я ещё сделаю из вас настоящих людей. — твёрдо произнёс Вениамин Юрьевич.

Но я-то знал, что он просто боится лишиться столь богатой кормушки. Да и, по слухам, не все дети, попадающие в приют, в нём оставались. Одни говорили, что он продавал целые партии сирот в рабство, другие — что выменивал на них артефакты у нежити, что не желала работать по лицензии. Но ведь как можно работать с теми, у кого даже сердце не бьётся? В этом мире нежить также могла быть «гражданином» при соблюдении ряда условий. Безумие! Не правда ли? Но вот только не каждый упырь желал вливаться в общество, но такими уже занимались магические ликвидаторы из отдела по борьбе с тёмными тварями.

— Я прошёл вступительные экзамены в инфернальную академию Малика дэ Сада. И по новому закону об образовании № 623 правого кодекса конфедерации подписанного самим Потемневшим, я требую, да именно требую выпустить меня на учёбу с пансионатом для сирот в самой академии! Так что мы больше не увидимся, если вы просто подпишите нужные документы… — вытащив из-за пазухи новую стопку бумаг, я с лёгкой улыбкой наблюдал за тем как директор вырвал её из моих рук.

— Но что это меняет Карим? Я конечно рад, что ты всё же прошёл отбор, но как быстро ты вылетишь из неё? — строго поинтересовался старый вояка. — Ты думаешь, что это я такой жестокий? Вот попадёшь в «дом для трудных» подростков тогда и будешь вспоминать старика директора с улыбкой. И всё наше противостояние тебе покажется лишь детской игрой. Ну да ладно, дело твоё. Так что я с радостью сниму со своей шеи столь тяжкий груз, как ты Бесфамильный. Но ты точно уверен в этом? Подумай! Всего пара лет и будешь вольной птицей кому и сам чёрт не указ. — директор мечтательно улыбнулся, но я не проникся его речью от слова совсем. — Дороги назад не будет! — но я лишь кивнул, а старик поставил свою размашистую подпись на документе, так что теперь я и правда был свободен, пусть и с оговорками.

— И не будешь жалеть? — серьёзно поинтересовался он.

— Ну а что мне здесь делать? — хмуро интересуюсь в ответ. — Так что давайте будем честны…

Директор всё же обратил внимание на ковёр, но хоть какого-то эффекта это не возымело, он просто кивнул, так что мне даже стало на секунду грустно. Человек скала! Вот ничем его не проймёшь. Даже моё ледяное копьё в грудь его не убило. Ну да ладно. Всё это в прошлом.

— Досуга нет. Кормёжка полный отстой! Материальное содержание? Да бродяги одеваются лучше, чем мы… — зло произнёс я. — Или ты хочешь новый бунт? — бросаю на хмурого вояку испытывающий взор.

— Вот и я нет… — убрав все документы обратно за пазуху, я вновь выбил пинком дверь, и насвистывая лёгкий мотив из прошлой жизни, отправился на выход.

Покинув родные застенки, я облегчённо вздохнул.

— Свобода… Как же ты сука сладка!

Все решётки, охрана и прочие ограничения остались где-то там позади. И вот впереди целый мир! Как же я давно об этом мечтал. Сейчас главное не вылететь с академии, а то меня тут же вернут в дом Малютки, но уже не этот, а для сирот с «характером потяжелее» намного тяжелее чем мой. Как он там говорил? Буду вспоминать с улыбкой? А вот хрен вам! Бросив прощальный взгляд на «лагерь» я уверенно направился в неизвестность ступая на такую тернистую тропу новой жизни и поиска тайных знаний, что сделают меня только сильней.

Я не был так счастлив с момента своего перерождения в этом мире. Пусть он забыт и оставлен всеми богами, но у меня появился шанс начать всё сначала! И я буду биться за эту жизнь словно лев. Хватит с меня службы царям и неблагородной работы героем, теперь я хочу просто пожить для себя…