Читаем Будьте нашей Тётушкой (СИ) онлайн бесплатно

Я бежала с подработки домой, и хотя было всего часов восемь, уже совсем стемнело - все-таки конец ноября сказывается. И даже тусклый свет фонарей совсем не разгонял эту тьму, а холодный ветер задувал со всех сторон, пробрасывая редкие снежинки.

Мне оставалось совсем немного дойти до дома, как я услышала быстрые шаги сзади себя и они мне очень не понравились - кто-то меня догонял. Прижав покрепче к себе сумку с документами и кошельком, в котором лежали разменные деньги и зарплатная карточка, я постаралась ускорить шаг, но человек не отставал и уже пыхтел совсем рядом со мной. Я засунула руку в карман, где у меня лежал перцовый баллончик как раз на такие случаи, но не успела его достать - меня сильно толкнули в спину и я полетела вперед.

Вцепившись еще больше в сумку, я попробовала сгруппироваться, чтобы смягчить удар, но, поскользнувшись на тонком льду, упала и ударилась лбом обо что-то очень твердое и острое. Сильная боль пронзила голову и я потеряла сознание.

Оно возвращалось какими-то толчками, голова кружилась, а когда я хотела подняться и сесть, опираясь на руку, то смогла только немного приподняться и меня сразу вырвало - сотрясение мозга во всей красе,поняла я.

Вокруг было тихо, город спал, и я очень испугалась, что мне придется всю ночь лежать здесь, ожидая утра и помощи. Но на мое счастье я увидела какого-то мальчика лет шести-семи, который еле ковылял, опираясь на костыли. Шел он в мою сторону, но пока меня не видел, и я позвала слабым голосом:

- Птичка моя (я всегда так обращалась к незнакомым детям), ты же тут не один?- я говорила тихо, спокойно, чтобы не испугать малыша.

- Нет, я с папой, но я не птичка, а вовсе Андрюша,- удивленно ответил мальчик.

- Позови его, пожалуйста, Андрюша!

- Сейчас! Папа, папа, тут тетя упала и встать не может! Иди к нам, помоги ей!- и он подошел ко мне поближе и стал с любопытством глядеть.

Я также с интересом его разглядывала - уж очень необычно он был одет. Легкое клетчатое пальтишко - мне почему-то припомнилось, что такое было у моего отца в раннем детстве, но их не носят уже давным-давно, шапка с непонятной железкой - почему-то всплыло слово "кокарда", тонкие ножки и большие ботинки на толстой подошвой - все это я успела разглядеть, потому что было достаточно светло и никакого снега вокруг не наблюдалось.

Как подошел мужчина, я не заметила - голова кружилась все больше и слабость меня совсем одолела. Он только успел спросить:

- Кто вы, что с вами?- как я опять провалилась в темноту. На этот раз я очнулась быстро и от того, что почувствовала острый алкогольный запах и ощутила какую-то жидкость, которая лилась мне в рот.

- Вот так лучше,- сказал мужчина.- Так что с вами случилось?

- Какой-то человек напал на меня, хотел отобрать сумку с деньгами, толкнул, и я ударилась сильно головой, потеряла сознание. Кажется так,- я постаралась вспомнить происшествие как можно подробнее.

- Странно, мы тут давно гуляем, но никого не видели. Наверное, этот мужчина убежал раньше нас. И сумки нигде нет, видимо, он успел ее забрать.

- Но там же мои документы, деньги, карточка,- воскликнула я, сама не поняв произнесенного.

- Карточка? Ваших родных? Вы помните свой адрес, имя, фамилию?

- Нет, ничего не помню, - действительно,как я ни напрягалась, ничего не вплывало, как будто какая-то темнота покрывало все, что было раньше.

- Папа, ты что, не видишь, тете больно, у нее кровь, - и умный малыш, кое-как склонившись надо мной со своими невозможными костылями, стал гладить меня по голове.

А ведь верно, подняв руку, я нащупала налбу большую шишку и запекшуюся кровь - это был след от того злосчастного камня, о который я ударилась.

- Да, извините, я совсем вас заговорил. Сейчас я вызову лекаря, а вы пока посидите здесь на скамейке вместе с моим сыном. Ему трудно много ходить.

- У него ДЦП или последствияполиомиелита? - спросила я, как будто говоря о чем-то мне знакомом, близком, в чем я хорошо разбиралась.

- Не понимаю, о чем вы говорите, лекарь сказал, что это последствия тяжелых родов. Моя жена сильно болела после них и умерла полгода назад, а сын родился вот таким.

- Значит, ДЦП - детский паралич, последствия родовой травмы,- промелькнуло у меня в голове четкая формулировка, но откуда и почему именно так - я не понимала.

- Но надо торопиться, а то мне не откроют - господин лекарь не любит, когда его поздно беспокоят. Хорошо, что он сегодня дежурит в больнице, это совсем близко, я постараюсь быстро дойти.

- Но не проще ли вызвать "Скорую"? У вас есть сотовый?- опять я произнесла неизвестное слово так уверенно, как будто знала его значение. Но я не помнила, ни как выглядит этот предмет, ни для чего он предназначен.

- Сотовый? При чем тут пчелы?- мужчина с недоумением посмотрел на меня.

- Ну, телефон? - настойчиво допытывалась я, опять говоря очень уверенно.

- Телефон только в управлении, сейчас оно не работает.

- Подождите, какой сейчас год? И кто президент России? - какое-то сомнение закралось во мне, я спрашивала настойчиво, но не осознавая, почему именно так я говорю.

- Президент только в САСШ, в Америке, в России правит император Михаил Романов, премьер-министр Владимир Ульянов,а сейчас 19, точнее уже 20 мая 1919.

Рот мой непроизвольно открылся и я почти упала на скамейку! Фамилии этих людей показались мне знакомыми, но кто они и откуда я их знаю, причем в других политических ролях - было неизвестно.

Ситуация странеее некуда, какая-то неправильная, непонятная, не такая, как должна быть. Да и одета я как-то непривычно по моим ощущениям - в длинное платье, на голове небольшая шляпка,но мне казалось, что я никогда не носила такого.

Но как правильно должно быть, я не помнила также. И что мне делать? Ни документов, ни памяти о предыдущей жизни! Вот это я попала! Слезы показались у меня на глазах, голова раскалывалась от боли и разочарования. Как быть, что мне делать дальше, кто я и откуда эти слова, которые вырываются у меня непреднамеренно, но значения которых я не понимаю?

- Не плачьте, тетя, сейчас придет лекарь и поможет вам. Он и мои ножки лечил, он хороший, добрый!

- Это ты хороший и добрый мальчик!- улыбнулась я сквозь слезы и погладила его поголове. Он сел рядом, вытянув ноги, и я непроизвольно стала гладить и по ним, так как видела, что он скривился от боли - все-таки ходить ему было трудно.

- Смотрите, тетя, у вас зеленые руки и ножки мои меньше болят! Вы ведунья? Но лекарь говорил, что они плохие. А вы же не плохая, правда? - и он с испугом уставился на меня своими карими глазками.

И действительно, я с удивлением увидела, что от моих рук идет какое-то зеленое свечение, которое исчезло, когда я их приподняла. Все чудесатее и чудесатее, как говорила всем известная героиня.

- Нет, я не ведунья, не бойся меня, - я опять стала гладить ножки малыша, который доверчиво прижался ко мне.

- Но почему вы так поздно гуляли? - я решила перевести внимание на другое.

- Люди смеются над моими костылями, а мальчишки дразнят меня. Лекарь, который меня лечил, сказал, что я всегда буду таким, даже когда вырасту. А я хочу стать инженером, как мой папа,- вздохнул малыш и посмотрел на меня. - Но вы же не будете смеяться, правда?

- Правда, птичка моя, правда!

- И вы будете нашей тетей? Вы мне нравитесь. У меня только папа, но он уходит на службу на целый день, а я сижу дома совсем один!- опять вздохнул мальчик, доверчиво глядя на меня.

- Не знаю, малыш, я ничего не знаю,- вздохнула и я.

Ситуация мне нравилась все меньше и меньше, но ничего сделать я пока не могла. Надо помалкивать и больше слушать, пока я не разобралась во всем этом.

Но вот я услышала шаги и голоса, да и мальчик тоже встрепенулся.

- Там папа идет, я слышу его.

Действительно, через несколько минут к скамейке подошел отец мальчика, а сзади шел господин, очень похожий на Антона Павловича Чехова - с бородкой, и пенсне, как у него. Почему у меня всплыло именно эта фамилия, я не знала, но была уверена, что так звали хорошего врача и писателя, и выглядел он именно так. В руках он держал сумку-саквояж, какую носили в прошлом,как мне казалось.

Сзади семенила полненькая маленькая женщина в сером платье, фартуке с синим крестом на косынке. Пальто было одето ею наспех и не застегнуто, полы его развевались, и вся она напоминала курочку, спешащую за другими птицами. Отец мальчика обогнал всех и наклонился над нами, спросив:

- Ну как вы тут, не испугались?

- Нет, - тихо ответил ребенок,- тетя добрая, она гладила мои ножки и они стали меньше болеть. И у нее зеленые руки,- совсем шепотом закончил он.

Даже в неверном свете было видно, как побледнел мужчина.

- Ни слова об этом, слышите, никому и никогда. И ты, сынок, тоже молчи, ты умный мальчик и не подведешь нас. Я помогу вам, а вы поможете моему сыну. А сейчас подтверждайте все, что я буду говорить. Понятно?- прошептал он также тихо.

Я смогла только кивнуть головой, мне ничего не было понятно, но я знала, что нужно время, чтобы разобраться во всех этих странностях.

Врач подошел поближе и наклонился надо мной:

- Ну те-с, сударыня, что тут с вами?- и я с удивлением увидела, что от его рук тоже исходит свет, но бледно-голубой, едва видный. Он обвел руками мою голову, ноги, все тело, от них шло тепло и легкое покалывание. Потом он заставил меня достать пальцем до носа, закрыть и открыть глаза, немного пристать на ногах. Действия его были четкими, от него шла волна уверенности и добра, и я почти успокоилась.

- Ну, все понятно с вашей тетушкой, уважаемый Андрей Иванович. Легкое сотрясение мозга и ушиб головы, как вы сами и видите. Сейчас она выпьет мою микстуру и ей станет гораздо лучше. Но надолежать и побольше спать. Сейчас Анфиса Петровна обработает рану и закроет её, а завтра днем я посмотрю, чтоеще можно сделать. А теперь приступайте!- и он отодвинулся в строну, подпустив ко мне женщину.

Она аккуратно обработала мой многострадальный лоб какой-то пахучей жидкостью, а потом закрыла рану липким кусочком материала. Затем поднесла мне ко рту микстуру и заставила ее проглотить. И хотя вкус ее был довольно противный, я почти сразу почувствовала, что голова кружится и болит значительно меньше.

- Но, вот ваша сумочка, Мария Ивановна, я нашел её совсем рядом, видно отлетела в сторону. И как так получилось, что мы разминулись, не сразу нас встретили?- мужчина пристально посмотрел на меня, ожидая, что я подтвержу его слова.

- Да не хотела вас беспокоить, уважаемый Андрей Иванович. Дорога меня сильно утомила, решила немного пройтись пешком, надеялась побыстрее добраться до вас с Андрюшей, и никак не ожидала такого конфуза - упала совсем рядом с целью,- слова так и лились из меня, я легко подхватила эту игру, связав все сказанное вместе в правдоподобную историю так, как будто обо всем мы заранее договорились.

Названное мужчиной имя и отчество показалось мне знакомым, мне на минутку вспомнилось, что именно так и звали меня в какой-то другой жизни, из которой и всплывают все эти непонятные слова, которые я говорила.

- Потом, потом, все разговоры потом. А сейчас попробуйте встать на ноги и скажите, как себя чувствуете. Голова кружится? Тошнит? - участливо спросил лекарь.

- Сможете дойти до дома, нам совсем немного осталось? Там можно лечь отдохнуть, - подхватил мужчина. Чувствовалось, что он хочет быстрее увести меня, пока я не высказала необычного поведения.

- Попробую, мне значительно лучше,- мне тоже хотелось прилечь и во всем разобраться, и я слабыми шагами, немного качаясь, опираясь на руки Андрея Ивановича и Анфисы Петровны, потихоньку пошла вперед. Сзади доктор о чем-то спрашивал мальчика, но тот отвечал коротко и отрывисто.

И вот показался дом, он был совсем рядом, как и говорили. Нам пришлось подняться на второй этаж, ноги мои дрожали, опять накатывали волны слабости, мне очень хотелось отдохнуть, я держалась из последних сил. Наконец Андрей-старший, как я стала называть про себя мужчину, открыл дверь, над которой было несколько звонков и вошел в длинный полутемный коридор, освещенный тусклой лампочкой.

"Коммуналка"- всплыло в моем сознании ещё одно непонятное слово, но что оно значило, я опять не помнила. По сторонам коридора были двери, одна из которых тут же приоткрылась.

- Это вы, Андрей Иванович? А кто это с вами? Что-то случилось?- любопытство так и сочилось из глаз длинноносой женщины, которая просунула голову из двери.

- Ничего страшного, Аннушка, тетушка ко мне в гости приехала, да поскользнуласьи немного ударилась во дворе. Мы ее как раз встречать выходили, увидели, вот доктора вызвали, он и помощь оказал, - ровным голосом, но, с едва скрываемым раздражением, ответил мужчина.

- Аннушка уже разлила масло,- пробормотала я тихо всплывшие откуда-то слова.

Мужчина удивленно посмотрел на меня, но ничего не сказал. Мы всей компанией вошли в комнату, в которой сразу стало тесно. Я еле добрела до кресла, которое стояло в углу, и почти упала в него. Малыш пристроился рядом на маленьком стульчике, он тоже устал. Андрей отошел в сторону, протянул доктору деньги и о чем-то его спросил. Доктор, отдав бутылочку с уже знакомой микстурой, что-то ответил, откланялся, вместе с ним тихо вышла и Марфа Петровна. Наконец, стало спокойно. Мужчина повернулся ко мне, чтобы что-то спросить, но я уже засыпала, так сказалось волнение этого дня. Сквозь надвигающийся сон я почувствовала, что в рот опять льется микстура, потом мне под голову подложили подушку, накрыли ноги чем-то теплым и мягким. Я еле слышала, как отец сказал что-то сыну, затем шепот сменился тихими шагами и шуршанием одеяла, и я окончательно провалилась в сон.

Спала я крепко, без сновидений, и только под самое утро я увидела яркую картину знакомого-незнакомого дома, увидела женщину,похожую и не похожую на меня, в белом халате, которая сидела в какой-то комнате за столом и нажимала на буквы на странной плоской "картонке". Эти буквы складывались в слова и тут же появлялись на светящемся экране прибора рядом. "Компьютер наконец-то наладили",- подумала я, пытаясь ещё что-то разглядеть, но картинка уже растаяла, как и мой сон.

Было еще рано, все ещё спали, можно было полежать и мне,но захотелось в туалет.Чувствовала я себя гораздо лучше, голова не кружилась, но все еще болела, особенно ныл лоб под наклейкой. Потерпев, сколько смогла, я зашевелилась в кресле, попытавшись встать, и видимо, эти звуки разбудили моего нового "родственника".

- Что, хотите в ватерклозет? Но лекарь сказал, что вам надо лежать. Может, вам воспользоваться горшком моего сына? - улыбаясь, сказал он.

- Странное слово "ватерклозет", но, кажется, это именно то, что мне надо, - промелькнуло у меня в голове.

- Не стоит беспокоиться, я чувствую себя гораздо лучше и вполне могу дойти до нужного места.

- Подождите, тогда я вас провожу, это в конце коридора, - и мужчина протянул мне руку и помог встать.