Читаем Брак для одного (ЛП) онлайн бесплатно

Заметка для прошлой меня: НЕ соглашайся, повторяю, не соглашайся выходить замуж за красивого незнакомца, о котором ты совершенно ничего не знаешь.

— Ты, Роуз Коулсон, торжественно заявляешь, что берешь…

Нет. Неа.

— Джека Хоторна в законные мужья?

Хммм. Дайте-ка я подумаю об этом. Я не беру. Неа.

— Обещаешь ли ты любить, уважать, беречь и хранить его до тех пор, пока вы оба будете живы?

Хранить его?

Широко раскрыв глаза и немного дрожа, я смотрела прямо перед собой, пока священник произносил слова, которых я так боялась. Я действительно делаю это? Когда тишина почти в пустой и немного депрессивной комнате затянулась, и настала моя очередь говорить, я была на грани гипервентиляции. Я изо всех сил старалась проглотить комок в горле, чтобы заговорить, но боялась, что слова, которые отчаянно хотели вырваться на свободу, не были «Да, я согласна».

Я не выходила замуж в пышном зеленом саду, пока немногочисленные друзья, которые у меня были, поддерживали нас, как я всегда себе представляла. Я не смеялась и не плакала от счастья, как это делала каждая невеста в тот или иной момент во время церемонии. У меня не было красивого свадебного букета, только одна единственная розовая роза, которую Джек Хоторн без слов вложил мне в руки сразу после нашей встречи у здания мэрии. На мне не было даже белого платья, не говоря уже о свадебном платье моей мечты. Джек Хоторн был одет в сшитый на заказ черный костюм, который, вполне возможно, стоил год моей аренды, если не больше. Это был не смокинг, но он был так же хорош. Рядом с ним я выглядела довольно дешево. Вместо красивого свадебного платья на мне было простое голубое платье — это была единственная вещь, которая была дорогой и достаточно подходящей для этого случая, но почему-то все еще… дешевой, и я стояла рядом с неправильным мужчиной, который только и делал, что хмурился и с негодованием осматривался.

Кроме того, мы держались за руку, его хватка была на удивление крепкой, особенно по сравнению с моей свободной хваткой. Такое простое действие, но держать за руку незнакомца, когда ты выходишь замуж? Не очень весело. Черт, забудьте о держании за руку — я собиралась стать женой человека, о котором я знала не больше, чем то, что мне дал быстрый поиск в Google.

И все же я добровольно и сознательно согласилась на это, не так ли?

— Мисс Коулсон?

Когда мое дыхание участилось и паника начала овладевать мной, я попыталась вырвать свою руку из хватки Джека Хоторна, но почувствовала, как его пальцы еще крепче сжались вокруг моих. Я не знала, о чем я думала или что он думал, что я собираюсь сделать, но я не могла солгать и сказать, что побег не приходил мне в голову.

Его крепкая хватка была небольшим предупреждением, а затем она исчезла.

Мой взгляд метнулся к его лицу, но он смотрел прямо перед собой, не сводя глаз с священника, его резкие черты лица были словно высечены из камня. Холодный. Такой холодный. Мне показалось, что в его челюсти дрогнул мускул, но потом я моргнула, и он исчез.

Этот человек проявлял свои эмоции примерно так же, как цементный блок, поэтому я попытался сделать то же, что и он: сосредоточиться на настоящем.

— Мисс Коулсон?

Прочистив горло, я изо всех сил старалась придать своему голосу стальной оттенок, чтобы не расплакаться. Не здесь. Не сейчас. Не каждый брак заключается по любви. Что вообще могла предложить мне любовь, кроме разбитого сердца и ночных эмоциональных перееданий?

Мое сердце громко и быстро билось в груди. — Да, — наконец ответила я с улыбкой, которая, как я была уверена, делала меня сумасшедшей.

Нет. Я думаю, что я действительно, действительно не хочу.

Пока улыбающийся мужчина повторял те же слова для моего неулыбающегося почти мужа, я отключилась от всего и всех, пока не пришло время для колец.

Боже, подумать только, всего несколько месяцев назад я планировала свою свадьбу с другим парнем, и более того, я думала, что свадьбы всегда были чем-то романтичным… Эта свадьба больше походила на прыжок с парашютом с высоты 13 000 футов, что-то, где я скорее умру, чем попробую, и все же я была там. Мало того, что я не находилась в саду, окруженном зеленью и цветами, единственным предметом мебели в комнате был диван довольно уродливого оранжевого оттенка, и по какой-то причине этот единственный предмет мебели и его цвет раздражали и оскорбляли меня больше всего. Как это вообще понять.

— Пожалуйста, повернитесь лицом друг к другу, — сказал священник, и я, как робот, последовала его указаниям. Чувствуя оцепенение, я позволила Джеку взять меня за другую руку, и когда его пальцы слегка сжали мои, тогда я встретила его вопросительный взгляд. Я сглотнула, постаралась не обращать внимание на то, как подпрыгнуло мое сердце, и слабо улыбнулась ему. Он был действительно поразительным в холодной, расчетливой манере. Я бы солгала, если бы сказала, что мое сердце не дрогнуло, когда я впервые увидела его. Совершенно невольно. Его фишкой, словно отработанной в совершенстве, было выглядеть сильно и молчаливо. Его не менее поразительные голубые глаза опустились на мои губы, а затем вернулись к моим глазам. Когда я почувствовала, как он медленно надевает кольцо мне на палец, я посмотрела вниз и увидела красивое обручальное кольцо с полукругом круглых бриллиантов, смотрящее на меня в ответ. Удивленная, я подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом, но его внимание было приковано к моему пальцу, когда он осторожно прокрутил кольцо взад — вперед большим и указательным пальцами. Ощущения были настолько чуждыми, насколько это вообще возможно.

— Все в порядке, — прошептала я, когда он не прекратил играть с кольцом. — Оно немного великовато, но все в порядке.

Он отпустил мою руку и кольцо, затем посмотрел на меня. — Я позабочусь об этом.

— В этом нет необходимости. Все в порядке.

Я не знала, улыбался ли когда-нибудь Джек Хоторн. До сих пор — целых три раза, когда я видела его — я не была свидетельницей этого, по крайней мере, не искренней улыбки, но я предположила, что если бы он женился на той, в кого влюблен вместо меня, на его губах хотя бы была небольшая игривая ухмылка. Он не был похож на ухмыляющегося человека, но намек на это наверняка должен был быть. К сожалению, ни один из нас не представлял собой картину счастливых молодоженов.

Я потянулась к его руке, чтобы надеть обручальное кольцо, но называйте это нервами, неуклюжестью или знаком, если хотите, — прежде я успела коснуться его руки, дешевое тонкое кольцо выскользнуло из моих дрожащих пальцев, и я смотрела, как оно летит от меня в замедленной съемке. После удивительно громкого звона, который оно издало при падении на пол, я побежала за ним, ни перед кем не извиняясь, и мне пришлось упасть на колени, чтобы схватить его, пока оно не закатилось под уродливый оранжевый диван. Хотя светло — голубое платье, которое я выбрала, не было коротким, мне все же пришлось положить одну руку на пятую точку, чтобы прикрыться и чтобы не сверкнуть всем, когда я поймала эту чертову штуку, прежде чем мне пришлось бы ползти на коленях.

— Поймала! Я поймала! — слишком восторженно крикнула я через плечо, держа кольцо так, словно выиграла трофей. Когда я увидела равнодушные выражения лиц вокруг себя, я почувствовала, как мои щеки стали ярко — красными. Я опустила руку, закрыла глаза и глубоко вздохнула. Повернувшись на коленях, я заметила, что мой без кольца, почти муж, подошел ко мне и уже протянул руку, чтобы поднять меня. После того, как я поднялась на ноги с его помощью, я отряхнула платье. Взглянув ему в лицо, я запоздало заметила, как напряженно он держится — челюсть сжата, мышцы определенно напряглись.

Сделала ли я что-то не так?

— Извини, — я прошептала, сильно смутившись, и получила в ответ короткий кивок.

Священник прочистил горло и слегка улыбнулся нам.

— Продолжим?

Прежде чем он успел оттащить меня назад, я осторожно наклонилась к своему будущему, возможно, мужу и прошептала: — Послушай, я не уверена насчет… ты выглядишь… — Я остановилась и выпустила еще один глубокий вдох, прежде чем набраться смелости и посмотреть прямо ему в глаза. — Мы не обязаны этого делать, если ты передумал. Ты уверен? И я имею в виду, действительно, действительно ли ты уверен, что хочешь пройти через это?

Его глаза искали мои, пока мы игнорировали других людей в комнате, и мое сердцебиение участилось, пока я ждала его ответа. Как бы мне ни не хотелось этого делать, но если бы он передумал, я бы оказалась в полной заднице, и мы оба это знали.

— Давай покончим с этим, — сказал он в конце концов.

Это было все, что я получила.

Мило.

Какое обнадеживающее начало для нового брака — фальшивого, да, но все же.

Мы вернулись, чтобы встать перед священником, и мне быстро и успешно удалось надеть кольцо на его палец со второй попытки. Оно идеально ему подходило. Рядом с той красотой, которую он мне подарил, плоское обручальное кольцо, которое я купила для него всего за день до этого, выглядело так же дешево, как и мое платье, но это было единственное, что я могла себе позволить. В любом случае, не похоже, что ему было до этого дело. Я с любопытством наблюдала, как он уставился на кольцо, а затем сжал в кулак руку, на которую я только что надела кольцо, костяшки его пальцев побелели от этой силы, прежде чем он снова взял меня за руку.

Мое внимание переключилось, когда я уловила конец слов священника:

— …Объявляю вас мужем и женой. Вы можете поцеловать свою невесту.

Это было все? Я вышла замуж? Вот так просто?

Я посмотрела на своего теперь уже официального мужа и секунду не знала, как реагировать. Его глаза поймали мои. Что такое простой поцелуй после того, как я сказала «согласна» незнакомцу, верно? Думая, что он ждет, чтобы увидеть, что я буду делать дальше, и желая покончить с этим, чтобы мы могли убраться оттуда к чертовой матери, я был той, кто сделала первый шаг. Наши руки все еще были сцеплены вместе, я избегала его взгляда, поднялась на носочки и слегка поцеловала его в щеку. Как только я отпустила его и собиралась отойти, его теперь свободная рука нежно схватила меня за запястье, и наши глаза встретились.

Ради тех немногих людей, что нас окружали, я заставила себя еще раз улыбнуться и наблюдала, как он медленно наклоняется, чтобы поцеловать меня в уголок рта.

Мое сердцебиение ускорилось, потому что я подумала, что он задержался на секунду дольше, и это было слишком близко и слишком долго для комфорта, но, учитывая, что мы играли роль, я предположила, что невинный поцелуй не имел слишком большого значения. Это не для меня, и я была уверена, что это определенно не для него.

— Поздравляю. Я желаю вам двоим счастливой совместной жизни. — Голос священника оторвал нас друг от друга, и я потянулась к ожидающей руке мужчины.

Пока наш единственный свидетель, который, как я точно знала, был водителем Джека Хоторна, бродил туда — сюда, чтобы поздравить человека, который теперь стал моим мужем, я закрыла глаза и пожелала своему сердцу успокоиться и взглянуть на вещи с другой стороны. Вся эта шарада принесла мне больше пользы, чем Джеку Хоторну. Не имело значения, что всего несколько недель назад я была помолвлена с другим мужчиной, Джошуа. Этот конкретный брак с этим конкретным мужчиной не имел ничего общего с любовью.

— Ты готова уйти? — спросил мой самый настоящий и официальный, но все еще фальшивый муж, и я открыла глаза.

Я не готова. Внезапно мне стало жарко и холодно, что не было хорошим знаком, но я встретила его пристальный взгляд и кивнула.

— Да.

Пока мы не вышли из здания, водитель следовал за нами на безопасном расстоянии, мы не произнесли друг другу ни единого слова. Затем водитель исчез, чтобы забрать машину, а мы просто стояли там, наблюдая за людьми вокруг нас в неловком молчании, словно никто из нас не знал, как именно мы оказались на улице. Через несколько мгновений мы оба заговорили одновременно.

— Мы должны…

— Я думаю…

— Мы должны вернуться, — твердо сказал он. — Мне нужно быть в аэропорту через час, если я хочу успеть на свой рейс.

— Ладно. Я не хочу тебя задерживать. Сначала мне нужно переодеться, прежде чем я вернусь в кафе, и я просто смогу доехать на метро до своей квартиры. Я не хочу, чтобы ты застрял в пробке только потому, что я…

— Все в порядке, — рассеянно ответил он. Его глаза были устремлены не на меня, а на черную машину, которая только что подъехала к обочине.

— Пожалуйста, — пробормотал он, и я почувствовала, как его ладонь на мгновение коснулась моей поясницы, прежде чем она исчезла, затем он двинулся, чтобы открыть дверь машины.

Блин!

Я не знала его настолько, чтобы спорить о том, как мне добраться до дома, не говоря уже о том, что спорить было последним, что я могла сделать. За то время, что нам потребовалось, чтобы выйти на улицу, чувство тошноты усиливалось у меня с каждым шагом. Пока он выжидающе смотрел на меня, я старалась не тянуть время, и приняла его невысказанное предложение сев в машину.

Когда он сел после меня и закрыл дверь, я закрыла глаза, осознавая необратимость всего.

Черт возьми, я замужем. Неважно, сколько раз я повторяла это про себя, я все еще не могла поверить, что согласилась на это.

— Все в порядке?

Жесткий, грубый тон его голоса вырвал меня из моих беспорядочных мыслей, и я повернула голову, чтобы посмотреть на него с небольшой улыбкой.

— Конечно. Я действительно должна сказать спасиб…

— В этом нет необходимости. Он коротко кивнул мне, прежде чем я успела закончить, а затем сосредоточился на своем водителе. — Рэймонд, планы меняются. Сначала нам нужно заскочить в квартиру, а потом мы отправимся в аэропорт.

— Да, сэр.

Я сглотнула и сложила руки на коленях. Что теперь? Подумала я. Теперь мы разговариваем? Неужели мы совсем не разговариваем? Как это работает?

Удивительно, но он был первым, кто нарушил мрачное молчание.

— Я могу быть вне досягаемости в течение нескольких часов каждый день, в зависимости от моих встреч, но я свяжусь с тобой, как только смогу. — Он разговаривал со своим водителем или со мной? Я не могла сказать. — Если что-то произойдет с Брайаном или даже Джоди, если они будут беспокоить тебя по поводу нашего брака, напиши мне. Не разговаривай ни с одним из них, пока не получишь от меня ответ. — Со мной, получается. Он смотрел прямо перед собой, но говорил со мной, потому что Джоди и Брайан были моими двоюродными братьями. — Если все пойдет по плану, я вернусь максимум через неделю. — Он сделал паузу. — Если хочешь… ты можешь сопровождать меня.