Читаем Брачный аферист онлайн бесплатно

В зале было жарковато, да еще кто-то закурил сигару, и ее едкий дым щипал глаза. Но Натали, стараясь угодить Антуану, изо всех сил изображала веселье, хотя это было не так-то просто. Сидевшие за их столиком были как минимум лет на десять старше ее и, давно зная друг друга, обменивались только им понятными сплетнями. Натали чувствовала, что ее улыбка становится все более неестественной и неуместной. Она наблюдала за танцующими, стараясь казаться рассеянной, но какая-то странная сила неодолимо притягивала ее взгляд к высокому мужчине на дальнем конце танцевальной площадки.

Джек Вендел… Она вынуждена была признаться себе, что он явно ее интересует. Его имя не сходило с газетных страниц, когда он приезжал во Францию. В центре внимания оказывалась если не очередная сделка, то команда автогонщиков, спонсором которой он являлся, фотомодель или актриса, за которой он в данный момент волочился. К тому же, как Натали ни старалась не слушать, до нее все же доносились обрывки сплетен и смешки в дамском туалете, куда она несколько раз ускользала, чтобы дать себе хоть небольшую передышку от постоянного напряжения этого вечера.

Репутация Джека с самого начала настроила Натали против него, и она весьма критически наблюдала за тем, как он перемешается от столика к столику, излучая обаяние. Впрочем, его никак нельзя было обвинить в отсутствии хороших манер. В строгом соответствии с порядком старшинства, он танцевал со всеми женщинами по очереди. Ей не верилось, что это может доставлять ему удовольствие, но каким-то образом он умудрялся создать впечатление, словно так оно и есть.

Сейчас он кружился по площадке с Катрин, довольно полной немолодой женой главного бухгалтера, и, похоже, напропалую флиртовал с ней, если судить по ее девичьему хихиканью. Непонятно как, но все партнерши в его объятиях казались прирожденными танцовщицами, даже если и были весьма неуклюжими. У него было поразительное чувство ритма, которое завораживало и заставляло их двигаться с несвойственной грацией.

Внезапно до Натали дошло, что следующая очередь ее. Сердце дрогнуло и припустилось вскачь. Вряд ли ей удастся отказаться, не создав при этом определенных неудобств, которые, без сомнения, вызовут неудовольствие Антуана. Натали в панике потянулась за бокалом. Она редко пила и за весь вечер сделала лишь несколько глотков, но сейчас залпом проглотила вино. Джек уже подводил Катрин к их столику…

Натали бросило в жар, когда он остановился, чтобы обменяться любезностями с ее соседями. Почти бессознательно она потянулась за бутылкой и, наполнив бокал, вновь осушила его. Никто этого не заметил… за исключением Джека. Он снисходительно усмехнулся и протянул ей руку.

— Мадам Лемэр, не доставите ли мне удовольствие…

Она неуверенно поднялась, надеясь, что приглушенный свет скроет румянец, заливший ее щеки. Зазвучала музыка, и Джек положил руку ей на талию, держась на некотором отдалении. Но даже так она остро ощущала мускулистость его тела и едва уловимый мускусный мужской запах — не запах лосьона, а именно непередаваемый аромат его кожи. И это не замедлило сказаться на частоте ее пульса.

— Что такого особенного в моем галстуке?

Натали удивленно вскинула глаза.

— Простите?

— Нет-нет, все в порядке.

Она поняла, что он подтрунивает над ней, и ее зеленые глаза немедленно метнули две молнии. Джек удивленно поднял бровь: судя по всему, он не привык к такой реакции. Ну и, конечно же, его ввело в заблуждение скромное платье в мелкий цветочек, заставив решить, что он имеет дело с одной из домохозяек, моментально теряющих голову при одной мысли, что им выпала честь потанцевать с самим неотразимым Джеком Венделом.

Однако в этот вечер я и стремилась создать именно такое впечатление о себе, подумала Натали, опуская ресницы, чтобы избежать испытующего взгляда партнера. Но было уже слишком поздно: он успел все понять. И когда Джек почти незаметно придвинул ее ближе, она подчинилась, чтобы своим сопротивлением не привлечь ненужного внимания.

— Так, значит, вы жена Антуана? — поинтересовался он со странной интонацией в голосе.

— Именно, — едва выдавила она из себя.

— Гм… Должен признать, вы не совсем похожи на то, что я себе представлял.

— Да? — Она вернула ему удивленный взгляд, в свою очередь вскинув бровь. — А что же вы себе представляли?

Сардоническая улыбка приподняла уголки его губ.

— Ну, что-нибудь маленькое, сладенькое и прозрачное… как вешние воды.

— Мне жаль разочаровывать вас, — сухо заметила Натали.

— О, я вовсе не разочарован, — прошептал он с видимым удовольствием. — О каком разочаровании может идти речь?

Джек медленно провел рукой вниз по ее спине, до того изгиба, где она переходит в бедра, и, ловко используя тесноту на переполненной площадке, привлек ее к себе — гораздо более интимно, чем позволено мужчине, танцующему с чужой женой. Натали попыталась справиться с участившимся сердцебиением, но с каждым судорожным вздохом она почему-то все плотнее прижималась к его груди.

Ей следовало бы вознегодовать: Джек Вендел грубо использовал выигрышную позицию, чтобы заставить ее терпеть его притязания. Но она знала, что это не совсем так. Никто, кроме нее, не был виноват в том, что он воспринимает исходящие от нее импульсы и реагирует соответственно.

Единственное, что Натали могла сделать, это сконцентрировать внимание на звучавшей песне. С каждым знакомым словом все быстрее приближались к концу томительные секунды танца. Не станет же он нарушать тщательно выверенный протокол, задержав ее на танцплощадке дольше, чем положено! Эта мелодия была одной из ее любимых, и она почему-то была уверена, что теперь, услышав ее, непременно будет вспоминать Джека Вендела. Она, казалось, провела в его объятиях целую вечность, но музыка кончилась гораздо раньше, чем хотелось бы, и Джек разнял руки.

— Благодарю вас, мадам Лемэр, — прошептал он. Смешливое выражение его карих глаз контрастировало с холодной официальностью тона. — Для меня знакомство с вами стало кульминацией праздника.

Он проводил ее к столику, и Антуан просиял в ответ на ничего не значащие замечания, которые адресовал ему Джек.

Натали почувствовала резкий укол раздражения. Неужели он не понимает, что происходит? Или наивен до глупости?

Нет! Натали встряхнула головой, пытаясь рассеять чары Джека Вендела. Просто Антуан слишком честен, чтобы подозревать своего шефа в запретных играх с женой подчиненного, и тем более, — чтобы считать женщину, всего две недели назад ставшую его законной супругой, способной желать другого мужчину…

Однако ее прекраснодушие было поколеблено, когда они с мужем возвращались домой. Оценивающе взглянув на Натали, Антуан двусмысленным тоном протянул:

— А ты произвела впечатление на Джека Вендела!

Все напряжение этого вечера, — да что там вечера, всех двух недель их брака! — вырвалось, словно пар из перегретого котла, и обернулось неудержимыми, невидимыми в полумраке машины, беззвучными слезами.

Она ничего не сказала в ответ, боясь вызвать новые, еще более обидные комментарии, но для себя машинально пометила этот эпизод как первую ссору с Антуаном…

— И тогда я страшно разозлюсь, дыхну огнем и разрушу ваш дом… А вот и наш папочка! — Натали подняла голову от книжки, которую читала дочке, услышав звонок у входной двери. — Наверное, забыл ключи.

Моника довольно заулыбалась и запрыгала в кроватке, отбросив любимого плюшевого медвежонка. Зуб, который не давал ей покоя последние несколько дней, наконец-то прорезался, и сегодня девочка совсем не капризничала.

Натали подняла боковую стенку кроватки, надежно закрепила ее и поспешила вниз открыть дверь. На ее гладком лбу появилась морщинка. Это было так не похоже на Антуана — поздно приходить домой или забывать ключи! За те семь недель, что они были женаты, она убедилась, что по нему можно в буквальном смысле проверять часы.

Но ведь именно к этому я и стремилась, напомнила себе Натали, поправляя выбившиеся пряди рыжевато-каштановых волос, — к надежности. Теперь ей нужно думать не только о себе. У нее есть Моника, требующая постоянного внимания и заботы. Сумасшедшие идиоты, способные погибнуть в автокатастрофе, — не лучшие из отцов, как бы ты их ни любила.

— Иду! — крикнула она, когда звонок повторился с непривычной настойчивостью. И это тоже не похоже на Антуана, отметила она, пересекая холл и открывая внутреннюю входную дверь, — он был самым спокойным и уравновешенным мужчиной из всех, кого она знала.

Силуэт, смутно вырисовывавшийся за матовым стеклом наружной двери в свете уличного фонаря, принадлежал явно не Антуану. Человек был на несколько сантиметров выше, и плечи его казались гораздо шире. Немного поколебавшись, она накинула на дверь цепочку, мысленно поблагодарив мужа за предусмотрительность. Она, правда, до сих пор ни разу не пользовалась цепочкой, считая ее досадной помехой.

— Мадам Лемэр?

Сердце у нее упало. Этот глубокий, слегка хрипловатый голос был ей знаком. Осторожно выглянув в приоткрытую дверь, она тут же узнала орлиный профиль. Джек Вендел — владелец компании, в парижском филиале которой работал Антуан.

Она видела его лишь однажды, где-то через пару недель после того, как они с Антуаном поженились. Джек, приехавший с инспекционной поездкой из Штатов, устроил в ночном клубе вечеринку по случаю пятилетия со дня основания филиала, на которую пригласил всех старших сотрудников. Натали даже танцевала с ним — всего один танец, и только потому, что так было задумано: он танцевал с женами всех приглашенных. Это было чисто формальное событие, о котором он, наверное, забыл через несколько минут. Но не забыла она, — как ни старалась.

Что же он делает здесь, стоя на ступеньках ее дома в пальто с поднятым воротником под моросящим дождем?

— Могу я войти, мадам Лемэр? — Это был голос человека, привыкшего, чтобы ему повиновались.

Она заколебалась. Ей не хотелось в отсутствие Антуана пускать его в дом, но ведь это был Джек Вендел — владелец огромной международной компании. Вряд ли уместно оставлять его мокнуть на крыльце. Поэтому Натали послушно скинула цепочку и открыла дверь, инстинктивно отступив на шаг, когда он вошел в узкий холл.

Он, казалось, заполнил собой все помещение. И дело было не только в его росте, хотя даже ей, при ее ста семидесяти двух сантиметрах, приходилось смотреть на него снизу вверх, — к чему она совсем не привыкла. Нет, причиной тому была та не поддающаяся определению аура мужской уверенности и силы, наличие которой Натали с неохотой вынуждена была признать.

Приходилось признать и горьковато-сладкий привкус его запретной притягательности. Она всегда была честна с собой и не могла отрицать, что ощущает этот магнетизм, причем, пожалуй, даже в большей степени, чем при первой встрече.

В общем-то, Джека нельзя было назвать классическим красавцем, но в его чертах было что-то… привлекательное, захватывающее. Прямые черные волосы, зачесанные назад с высокого, умного лба, темно-карие глаза, посверкивавшие из-под красиво изогнутых бровей и, казалось, заглядывавшие прямо в душу, орлиный нос, от крыльев которого пролегли две глубокие складки к углам рта, плотно стиснутые губы, явно не привыкшие улыбаться…

Джек огляделся в полутемном холле, и мрачное выражение его лица заставило сердце Натали забиться в тревоге.

— Что-нибудь… не так? — спросила она с запинкой. — Что-то случилось с Антуаном?

— Я надеялся, что на этот вопрос ответите мне вы, мадам Лемэр, — ответил Джек Вендел напряженным голосом. — Вы знаете, где ваш муж?

— Нет. — Натали озадаченно покачала головой. — Обычно он возвращается около семи. — Она взглянула на часы, стрелки которых уже приближались к восьми.

— Он не появился сегодня на работе. И даже не позвонил, чтобы предупредить, что, например, заболел.

— Но утром он был абсолютно здоров, — ответила Натали, испытывая нарастающее недоумение. — По крайней мере… Я знаю только, что в последнее время Антуан очень много работал. — Она укоризненно взглянула на Джека. — С тех пор как главный бухгалтер попал в больницу, муж наряду со своей выполнял и его работу. Каждый вечер он приносил бумаги домой и иной раз просиживал над ними до полуночи.

Джек недоверчиво поднял бровь.

— Вот как? Он не говорил мне, что у него возникли трудности.

Что-то в его тоне заставило Натали озадаченно посмотреть на незваного гостя.

— Что вы имеете в виду?

Он поколебался мгновение, прежде чем ответить.

— С одного из наших счетов пропали деньги. Довольно приличная сумма — около пятидесяти тысяч долларов. Конечно, это может оказаться простой ошибкой. Вы ведь говорите, что он был перегружен работой… — Однако сомнение, явственно звучавшее в его голосе, свидетельствовало о том, что Джека совсем не удовлетворяет подобное объяснение.

Антуан украл деньги у своего работодателя?! Сама мысль об этом казалась смехотворной! Зеленые глаза Натали метнули на Джека взгляд, полный негодования.

— Не думаете же вы, что… — Детский протестующий крик наверху заставил ее прерваться. — О, извините меня… Вам лучше подождать минутку в гостиной. — Натали проводила его туда, зная, что комната довольно холодная, — но черта с два она станет разжигать для него огонь в камине! — Устраивайтесь поудобнее, — предложила она. — Я успокою Монику и сразу же вернусь.

Натали поспешила наверх, радуясь короткой передышке. Нет причин испытывать такое волнение при виде Джека, укорила она себя. В конце концов, он всего лишь мужчина. А она замужняя женщина с маленьким ребенком. Но благоразумие не помогало: она не могла взять себя в руки. Это было выше ее сил.

Детская располагалась на втором этаже старинного двухэтажного домика с высокой черепичной крышей. Она прекрасно помнила, с каким энтузиазмом и возбуждением они с Симоном отделывали ее два года назад. Огромный медведеподобный хиппи с рыжими спутанными волосами ниже плеч, в разукрашенной металлическими заклепками кожаной куртке, нахмурившись, пытался решить, какие обои выбрать — с зайчиками или гномами, а рядом с испуганным видом переминалась с ноги на ногу молоденькая продавщица. Тогда они выбрали зайчиков.

Вопли Моники немедленно прекратились, и на ее лице расплылась широкая улыбка, как только появилась Натали. Симон так и не увидел, как его дочь превращается в маленького человечка, подумала она с горечью. Девочке было всего шесть недель, когда какой-то идиот вылетел на перекресток и врезался в мотоцикл и его седока на оживленной дороге с двусторонним движением. «Извините, я его не заметил»!

Она прожила почти полтора года один на один с постоянной болью, прежде чем встретила Антуана. Их чувства нельзя было назвать любовью с первого взгляда, но он был добр, весел и хорошо относился к Монике…