Читаем Больные вещи (ЛП) онлайн бесплатно

Annotation

Отталкивающе.

Отвратительно.

За пределами хорошего вкуса...

Серийный убийца записывает мерзости, которые он совершил... на единственном дневнике, который у него есть.

Человек переезжает в новое жилище, которое страдает от проблемы с пауками... или все наоборот?

Злодей-садист готовится к Хэллоуину с бритвенными лакомствами и ядовитыми призами...

Сны маленького мальчика - эхо пыток, смерти и геноцида...

Живые жидкости старика раскрывают ужасную тайну его прошлого...

Психически неуравновешенная женщина использует сексуальную одержимость, чтобы взять невольного заложника...

Паразиты внутри, самовампиризм и спонтанное разложение… все они происходят от проклятия вуду, наложенного на несчастных выживших членов семьи из Луизианы...

Это "Больные вещи"...

Рональд Келли

ПРЕДИСЛОВИЕ

"Дневник"

"Новоселье"

"Массовый призыв"

"Булавки и иголки"

"Старый Харкер"

"Похищение"

"Моджо Мамa"

ПОСЛЕСЛОВИЕ

ПРЕДИСЛОВИЕ

Перейдем прямо к делу, расскажу вам о моей первой встрече с историями Рона Келли. Встречe, которой могло и не быть (здесь мелодраматическая реплика: дум-дум-думммммм!)...

Еще в начале-середине девяностых я часто бывал в разделе ужасов в местном магазине "Books-A-Million". Это было тогда, когда в крупных книжных магазинах франшизы еще были разделы ужасов, если кто-нибудь помнит ту ушедшую эпоху. Это были хорошие старые времена - как я и должен был вам сказать - для такого ребенка, как я, который поглощал любую литературу ужасов, одновременно лелея мечты о том, что однажды увидит свое собственное имя на нескольких из этих книг в мягкой обложке массового рынка.

Примерно в то время я помню, как видел одно название, которое красовалось посреди раздела ужасов каждый раз, когда я посещал "Books-A-Million". Как старое, дружелюбное, знакомое лицо, оно всегда было рядом. Это была книга "Страх/Fear" Рональда Келли. Я, должно быть, сотни раз поднимал ее и бегло просматривал синопсис на обратной стороне. Он звучал довольно круто. Картинка на его обложке изображала зловещий черный вход в пещеру; внутри этой каменистой пасти висела вверх ногами фигура человека, плотно закутанная в кокон из паутины.

Проблема была в том, что я отказался покупать именно эту книгу. Я каждый раз клал ее обратно на полку.

Зачем? Ну, во-первых, мой бюджет на покупку книг тогда был скудным. Сегодня это сущие копейки. Поскольку у меня не было другого выбора, кроме как быть разборчивым, именно "Страх" оставался непрочитанным мной в течение долгого времени, и я здесь, чтобы сказать вам, каким я был дураком.

Стыдно говорить, что причиной того, что я возвращал этот роман на его место на полке снова и снова... снова и снова, было не что иное, как классический случай (буквально) оценки книги по ее обложке.

Видите ли, из-за обложки книги "Страх" 1994 года в мягкой обложке я предполагал, что в течение многих лет роман этого парня, Рональда Келли, был не чем иным, как вопиющей второсортной копией "Оно" Стивена Кинга.

Без шуток. Довольно глупо, да?

Очевидно, однако, у этой истории счастливый конец. Но, меня бы здесь не было, чтобы писать это маленькое вступление, если бы не одно но...

В конце концов, я пришел в себя. Я прочитал почти все в разделе ужасов "Books-A-Million" (кроме романов Энн Райс), и мне нужно было что-то новое. Итак, лучше поздно, чем никогда, я наконец выложил свои, с трудом заработанные, $4,50 (я знаю, это звучит как бред сумасшедшего, но когда-то книги в мягкой обложке действительно стоили меньше пятерки!). И что вы думаете? "Страх" оказался чем угодно, но только не копией огромного фолианта Кинга, о пауке-убийце-детей-из-космоса (на самом деле, у них было очень мало общего, за исключением кровожадного существа в пещере); это оказался один из моих любимых романов ужасов девяностых. Что еще более важно, это привлекло меня к феноменальному писателю ужасов, обжаренных на Юге, который с тех пор стал не только одним из моих величайших влияний как коллега-рассказчик-жуткого, но и - я с гордостью могу сказать - чертовски хорошим другом.

Кто бы подумал?

В моей бессвязной истории есть смысл. Обещаю. И он в том, что... история повторяется (да, сегодня у меня полно клише).

Что я имею в виду?

Еще раз, я ошибся. Я делал несправедливые предположения!

Когда Рон попросил меня написать предисловие к книге, которую вы сейчас держите в руках, я сначала немного возмутился. Только немного, заметьте. И не поймите меня неправильно - я был очень, очень польщен. Тем не менее... Я не мог избавиться от чувства некоторой нерешительности. Конечно, я не сказал своему хорошему приятелю Рону, что мне не на 100% понравилась эта идея (хотя, полагаю, теперь он знает!)

Дело в том, что я волновался. Рон объяснил мне, что "Больные вещи" - это сборник "семи отвратительных историй".

Звучит круто, правда?

Но я этого не хотел.

Я не хотел сплаттерпанкa от Рональда Келли. Или экстремального ужаса. Или хардкорной фантастики. Как дети это называют в наши дни.

Потому что, это был не мой Рон Келли. Это было не то, что я знал. Это не походило на чудесно угрюмую, пропитанную южной атмосферой беллетристику Рона Келли, которую я обожал последние пятнадцать лет. Я имею в виду, что мы говорим здесь о Роне Келли, а не об Эдварде Ли (не то, чтобы с Ли что-то не так, я большой его поклонник).

Вы уловили картину.

Однако Рон снова доказал, что я ошибаюсь. Сюрприз! Я читал эти рассказы - фактически проглотил их в рекордно короткие сроки и обнаружил, что не могу достаточно быстро перелистывать страницы, чтобы узнать, какие злодеяния произойдут дальше, - и мне хотелось большего. Большего!

И это признак действительно великого писателя, не так ли? Когда указанный писатель может работать вне своей "зоны комфорта", если вы согласитесь (я готов поспорить, что добрый, тихий, церковный джентльмен, о котором мы говорим сейчас, вышел за пределы своей "зоны комфорта" с рассказами, содержащимися здесь), и результаты, несомненно, принадлежат ему. И они до сих пор надирают задницы.

Таковы эти истории. И они, безусловно, делают свое дело.

Наслаждайтесь, ребята. Вас ждет угощение. Конечно, это гарантия того, что пишет Рон Келли.

Тем временем...

Рон, старый приятель, я должен извиниться перед тобой. Очередной раз.

Теперь я задаюсь вопросом, что еще может быть у Рона в рукаве. Господь знает, что мои дни "судить о книге по обложке" закончились.

Эй, Рон... ты писал южные ужастики, "Больные вещи" и даже немного научную фантастику ("Сварщик плоти"). Как насчет детской книги в следующий раз? Я обязательно хотел бы это увидеть. Я уверен, что мой девятилетний ребенок тоже. И если бы кто-нибудь мог это осуществить, я уверен, это был бы ты...

Продолжай идти дальше. А пока я продолжу читать. Все и вся, что ты пишешь.

А когда нет новинок от Рона Келли, а ты усердно работаешь над следующей историей, я просто открою свой старый, затёртый экземпляр "Страха" в двухсотый или трехсотый раз. И улыбнусь, когда увижу твою искреннюю, персонализированную надпись внутри той книги, которую я каждый раз клал обратно на полку.

Джеймс Ньюман

Хендерсонвилл, Северная Каролина

Декабрь 2008 г.

Рональд Келли

"Больные Вещи"

"Дневник"

21 августа

Они хотят знать, почему я убил тех людей в Теннесси. Они хотят знать, почему такой бездельник, как Джерри Веллер, пересекся с типичной американской семьей и систематически пытал, насиловал и убивал их, одного за другим.

Они кажутся очень настойчивыми в своих вопросах. Но я им ничего не скажу. Я отвечаю на их вопросы только собственными вопросами.

Почему сатана побудил меня совершить такие зверства?

Почему Бог допустил такие зверства?

Они думают, что прижали меня к стенке. Они заклеймили меня как жестокого психопата и изливают свою психиатрическую чушь, но все еще не понимают сути. Если бы они не были такими чертовски глупыми, они смогли бы посмотреть мне в глаза и увидеть извивающуюся, кишащую личинками душу, которая гниет внутри моей разлагающейся плоти.

Понимаете, моя извращенность - это моя сильная сторона.

А эта нормальность сводит меня с ума.

29 августа

Мои родители очень долго не говорили мне, что у меня когда-то был брат-близнец. Когда они признались, они только сказали, что он умер вскоре после рождения. Я знал, что они скрывают все кровавые подробности. В конце концов, они рассказали мне всю историю... и, это... это было круто!

Оказывается, когда-то нас было двое, два брата-близнеца по имени Джерри и Джейми. Вскоре после прибытия домой из роддома мама и папа уехали на ночь в город, оставив малышей на попечение няни-подростка Кэролайн. Через час появился бойфренд Кэролайн, битник Родни с большой сумкой вкусностей. Они много пили, курили марихуану и нюхали клей. Вскоре Кэролайн и Родни сильно накурились и подумали, что было бы невероятно забавно засунуть маленького Джейми в кухонную духовку. Они глотали водку и употребляли наркоту, доводя огонь до максимума и запекая вопящего младенца, как мясной рулет.

Предположительно, я был свидетелем всего этого, но я этого не помню. Черт, мне тогда было всего три месяца.

У этих долбанных болванов была правильная идея, но они сделали одну ошибку.

Они испекли не того пряничного мальчика.

5 сентября

Как насчет хорошей сказки на ночь?

Жила-была чисто типичная американская семья. Они никогда не ссорились друг с другом, регулярно ходили в церковь и жили по Золотому правилу^[1]. Они жили в уютном загородном доме, ездили на "Volvo" и отправляли детей в общественную школу...

Это было похоже на те прекрасные семьи из телевизионных шоу пятидесятых и шестидесятых годов - "Нельсоны", "Кливеры", "Брейди Банч".

Однажды летом эта семья решила съездить в национальный парк Смоки-Маунтин. Они делали снимки достопримечательностей, наблюдали, как индейцы чероки танцуют "танец дождя", и нашли уединенный кемпинг, чтобы общаться с природой и наслаждаться прекрасным видом на природу. Они пели песни, жарили зефир на костре и обменивались историями о привидениях. Они прекрасно провели время.

Затем из ниоткуда появился мужчина с дружелюбной улыбкой и в украденной форме смотрителя парка.

12 сентября

Когда мне было шесть лет, я навещал бабушку. У нее была милая маленькая канарейка по имени Пенни. Пенни вылетал прямо из клетки в углу, где бабушка обычно занималась шитьем, и садился мне на ладони. Обычно он сидел совершенно неподвижно и пел красивые песенки.

Однажды, когда бабушка работала в своем саду, я проскользнул в швейную и открыл дверь Пенни. Он вылетел из клетки и сел мне на руку.

- Спой мне песню, Пенни, - сказал я, но он промолчал.

Я вынул булавку из корзины для шитья бабушки и сунул ее в маленький черный глаз Пенни. Онa пронзилa крошечный мозг птицы и вышлa с другой стороны.

Тогда Пенни спел мне песню, очень громкую и неистовую... но очень короткую.

23 сентября

Сказка на ночь. Часть вторая.

Смотритель парка поздоровался, сел у огня и выпил предложенную ему чашку кофе. Во время приятной беседы он изучал типичную американскую семью. Отец, мама, седая бабушка и двое детей, мальчик и девочка. Некоторое время он наслаждался их обществом, пока мог это выдержать. А потом это проклятое желание закралось в его безумный разум...

7 октября

Когда мне было семнадцать, меня отправили в исправительную школу за то, что я отрезал груди моей подруге перочинным ножом. По прошествии всех этих лет я до сих пор не понял, в чем был мой истинный мотив. Может быть, когда-нибудь я позвоню ей в государственный приют и спрошу, помнит ли она, почему я сделал такой ужасный поступок.

14 октября

Сказка на ночь. Часть третья.

Отец был первым.

Дружелюбный смотритель парка вынул из-за пояса охотничий нож и, рывком вверх, вонзил острие в челюсть отца. Отточенное как бритва лезвие без усилий проткнуло его язык, небо и вонзилось в нежный мозг. Он упал в костер и обжег лицо, в то время как рейнджер расправлялся с остальными членами типичной американской семьи...

19 октября

Мой адвокат хотел, чтобы я подал заявление о невменяемости. Я уволил его и взял себе другого адвоката с менее привлекательной репутацией.

Я все время говорю им, чего хочу, но они, кажется, не воспринимают меня всерьез.

Я хочу, чтобы меня поджарили.

Я хочу, чтобы сок хлынул из моего тела, пока мои вены не лопнут, и я не начну шипеть, как кусок сырого мяса на горячей сковороде.

31 октября

Сказка на ночь. Часть четвертая.

Бабушка, какие у тебя большие глаза... лежащие в моей ладони.

4 ноября

Парни, я очень скучаю по Вьетнаму. Иногда я плачу перед сном, мне так его не хватает.

Знаете, я сам вызвался добровольцем. Не потому, что я был патриотом, а потому, что слышал, что там происходит много странного дерьма. Некоторые думали, что я сошел с ума, потому что сам решил пойти туда, но они не поняли. Все они ненавидели Вьетнам, а для меня это был настоящий рай.

В первый день сержант взвода вытащил трех новобранцев на улицу и завел за барак. В канаве лежали четыре мертвых Гука^[2], изрешеченные пулевыми отверстиями и покрытые полчищами мух. Сержант заставил нас спуститься в эту канаву и пинать их ногами по головам. Он сказал, что это должно было избавить наши головы от брезгливости, прежде чем он выпустит нас в джунгли. Он заставлял нас пинать, пинать и пинать, пока их черепа не раскроются, и их мозги не покроют наши боевые ботинки.

Некоторые из парней, чуть не выблевали свои кишки. А вот если бы меня не вытащили, я пробыл бы весь день в этой канаве.

Будь тем, кем ты можешь быть...

8 ноября

Вчера какой-то здоровяк по имени Альфонсо попытался оприходовать меня в тюремном душе. Но я был намылен и слишком быстр для него. Я загнал его в угол и решил развлечь сукина сына.

К тому времени, как охранники подошли к нему, бедный Альфонсо лежал на мокрой плитке душевой кабины, хватаясь за рану и истекая кровью. Я просто стоял там и смотрел с окровавленной улыбкой, как они искали недостающую часть анатомии Альфонсо... ту, которую они никогда не найдут.

Знаете, я могу произвести впечатление - Боггарт^[3], Кэгни... партия Доннера.^[4]

11 ноября

Сказка на ночь. Часть пятая.

Эй, детки, давайте представим, что сейчас Рождество!

Представьте, что та сосна может быть рождественской елкой, и мы можем украсить ее... кусочками вашей дорогой и любимой мамы.

Мы можем использовать ее пальцы в качестве мишуры, ее внутренние органы для украшений. Будет очень весело, просто подождите и все увидите.

Украсим все вокруг мамочкиными кишками...

28 ноября