Читаем Бионическое сердце: поверь чувствам онлайн бесплатно

Робот неспособен любить в отличие от биоробота, способного не только любить и мечтать, но и испытывать эмоции.

Эсара

Я рассматривала розовые ареолы груди, расположенные под равными углами наклона 41.6 градуса от груди с одинаковыми изгибами и весом ровно 498,264 грамма. Они были идеальны. С того дня, как меня заказали на "СатурнКорп". Но сейчас явно наблюдалась асимметрия на пару миллиметров.

— Доброе утро, Эсара. Ты присоединишься к нам? Мы купили вкусняшки к кофе.

Я застонала, услышав певучий голос Саши через свой видеочип связи. С тех пор, как я установила гормональное обновление Сион-2052, товарищи по команде обращались со мной так, как будто я стала каким-то диким животным, которое им нужно задобрить, чтобы оно не терроризировало корабль. И чем? Разговаривая со мной мягко и успокаивающе, постоянно предлагая всякие вкусности и сладости.

— Я ещё даже не опоздала, Саша, — послала ответ, в последний раз сжав свои груди, вздохнула и отвернулась от своего отражения в зеркале и буркнула: — Я не ребёнок, чтобы мне напоминать. И я всегда прихожу вовремя.

— Мы все прекрасно это знаем, Эсара. Но Фред принёс миндальные печенья из бистро на тридцатой палубе. Ты помнишь? Те, в форме маленьких лягушек с очаровательными крошечными розовыми галстуками-бабочками. Пока мы разговариваем, я отгоняю близнецов, чтобы они не съели их все.

— Пусть едят, я не голодна, — ответила я. Последнее, что мне нужно — есть больше сладостей. За последние два месяца набрала более шести килограммов. Вес осел чуть ниже пупка и на бёдрах. И это после того, как я постоянно весила ровно 63,2 кг на протяжении всего существования.

— Всё нормально? У тебя расстроенный голос. Что-то случилось на вчерашнем свидании?

— Я ничуть не расстроена. И вообще, оставь меня в покое! — Слёзы брызнули из глаз без всякой причины, когда я резко запахнула полы куртки, скрывая грудь.

— У меня также припасён успокаивающий чай для тебя, — донёсся спокойный голос Саши.

Смахнув слёзы со щёк, я ответила:

— Ты умеешь убеждать, Саша. Я уже в пути.

Мало того, что мои груди были явно асимметричны, так они ещё и болели. С каждым шагом яркие импульсы боли проходили от груди глубоко в рёбра, заставляя меня сжимать зубы.

Прошлой ночью я, наконец, позволила Итару ласкать их. И что он делал? Сильно обхватывал их ладонями, приподнимая, а затем разминал пальцами, как будто собирался слепить что-то из них. Он исследовал грудь, как учёный, обнаруживший новый вид и пытающийся выяснить, как я отреагирую. Но его прикосновения не вызывали у меня никаких положительных эмоций. Скорее, мне было неприятно. А теперь они болят!

Саша намекала, что прикосновение к груди должно было быть приятным ощущением. Поэтому я уже который раз задалась вопросом — не было ли чего-то неправильного в моём программном обеспечении. Конечно, я неоднократно проводила полное сканирование, но техотчёт показывал, что все мои системы работают оптимально, и все обновления интегрировались в соответствии с графиком на сто процентов.

Только проблема… Я не ощущала себя оптимальной. Наоборот, чувствовала себя больной и несчастной. Подумав с секунду, быстро изменила свой сенсорный порог, пока странное чувство горечи не превратилось в слабый сигнал, едва заслуживающий реагирования. Я не так часто пользовалась таким методом, поскольку он притуплял все остальные чувства и в такие моменты я ощущала себя обычным роботом, каким, в принципе, и была, просто более усовершенствованной моделью. Б-р-р… Не очень приятно, но ничего не поделаешь.

Добравшись до кухни для персонала, нахмурилась, услышав громкий смех, просачивающийся сквозь закрытую дверь. Чему они так радуются? Миндальным печеньям в форме смешных лягушек?!

— Доброе утро, Эсара, — прощебетал мистер Тарин, директор круизного лайнера "Волна". С улыбкой он махнул рукой на поднос с миндальным печеньем, стоявшим посередине стола. — Заходи! Ребята принесли то самое миндальное печенье.

— Спасибо, мистер Тарин, — я сильнее нахмурилась, оглядывая комнату в поисках своей команды. Под моим взглядом другие члены экипажа прекратили смеяться. Да-да, вот так я действую на них. Грозная Эсара пришла!

Серо-зелёные аквилонские близнецы, которые отвечали за безопасность на лайнере, Рекс и Моргот, откинулись на спинки стульев, скрестив свои мускулистые руки на груди, никак не реагируя на мое присутствие. Саша — менеджер по хозяйственной части и, вероятно, моя единственная подруга, уютно устроилась между розововолосой Тиг — главой отдела по коммуникациям и её новым партнёром Фредом, трисанцем, экспертом по языкам и таможенным оформлениям.

И все за столом уставились на меня! И хотя выражение их лиц было вежливым, я непроизвольно сжала руки в кулаки. Никто больше не вёл себя со мной, как обычно, но ведь я не сделала ничего такого, чтобы они проявляли такую осторожность. Всего лишь установила эмоциональное обновление! Я не бомба, готовая взорваться в любую секунду. И всё же, когда села на стул, отметила, как близнецы заметно напряглись рядом.

— Что вы все уставились на меня? — громко рявкнула, заставив их вздрогнуть.

Моргот поднял обе руки и выпалил:

— Эсара, ничего! Мы, эм, просто заметили, как хорошо ты сегодня выглядишь. На тебе очень красивый свитер.

Я подумала, что Моргот, возможно, пытается польстить мне, что совсем ненормально. Почему они не могут вести себя как раньше?!

— Хорошая попытка, дингус, — Рекс рассмеялся над своим братом-близнецом.

Я решила не обращать внимания на близнецов, стащила с подноса миндальное печенье и резко откусила лягушке голову.

Саша подвинула мне через стол чашку дымящегося чая, мягко сказав:

— Ромашковый чай хорошо успокаивает нервную систему.

— Я совершенно спокойна. Все мои системы работают в нормальном режиме, — я стиснула зубы от намёка, но всё равно взяла кружку с чаем, но только потому, что он хорошо пах, а сухое печенье вызвало жажду.

— Итак, планерка! У кого какие планы на сегодня? — спросил мистер Тарин также, как начинал нашу встречу каждое утро.

Я грызла своё печенье-лягушку, пока близнецы информировали экипаж о своих планах провести испытания всех прогулочных капсул и вывести из эксплуатации некоторые из старых охранных роботов.

Когда они закончили, Саша прошептала мне на ухо:

— Эсара, ты выглядишь расстроенной. Как прошло твоё свидание прошлой ночью? Расскажи мне.

— Я не знаю, — призналась, отрывая лапки от своей лягушки-печения и бросая их на салфетку одну за другой. — Мне кажется, что обновление неисправно.

В то время как розововолосая Тиг говорила что-то о необходимости настроить понимание юмора на обслуживающих дронах «Дек-3» после того, как несколько гостей подали жалобы на неуместные шутки, Саша спросила:

— Что ты хочешь этим сказать?

В этот момент подошла очередь Саши сообщать новости о высокопоставленных гостях, планирующих прибыть завтра — некой супружеской паре кинозвёзд, которая отдыхала на борту космического круизного корабля несколько месяцев назад.

Я подождала, когда подруга закончить свой доклад, и сказала полушёпотом:

— Ничего приятного не ощущается при прикосновении. И у меня мышечное отклонение грудей.

Саша так резко повернулась ко мне, что острые кончики её светлой чёлки ударили меня по лицу.

— Это Итару тебе сказал? — резко спросила она. — Эсара, твоя грудь идеальна. А он идиот!

— Я буду помогать Саше подготавливать вип-комнату для именитых звёзд к её неизбежному уничтожению, — решительно заявила, когда подошёл мой черёд для отчёта планов на день. Затем повернулась к Саше и прошептала, — Итару не идиот. В конце концов, он бионик тридцать третьего поколения.

Меня не волновало, что Итару говорил короткими предложениями и за всю свою жизнь не прочёл ни одной книги. На него было приятно смотреть, и я ему нравилась. Что ещё нужно?

На лице Саши отразилось сомнение.

— Не в нём проблема, а во мне. Итару не виноват, что мои гормоны сбились с настройки и доставляют мне боль при каждом прикосновении.

Сострадание исказило черты Саши, когда она похлопала меня по руке.

— Не могли бы вы двое, пожалуйста, перестать шептаться! — вернул нас к обсуждению планов мистер Тарин.

— Извините, — ответила Саша, в то время как я уставилась на своё разодранное печенье.

Так я и сидела молча всю оставшуюся часть собрания, избегая Саши и её сочувствия. В ту же секунду, как стул мистера Тарина отъехал от стола, я уже выбегала из комнаты.

— Эсара! Подожди! — крикнула Саша, преследуя меня по коридору, но в чёрной юбке-карандаше и туфлях на шпильках её скорость уступала моей. — Тебе не нужно убегать, — девушка перешла на шаг.

— Саша, увидимся вечером! — прокричал Фред.

— Конечно! — прокричала в ответ девушка, но даже не оглянулась на смотревшего ей вслед парня.

Я подозрительно посмотрела на неё. Лицо Саши раскраснелось. Температура поверхности её щёк стала на 0,05 градуса выше нормы.

— Что происходит между вами двумя? Ты покраснела, и твоё сердцебиение ускорилось.

— Не забивай себе голову, — Саша отмахнулась от моего вопроса, цепко схватив меня за локоть. — Я больше беспокоюсь о тебе.

— Почему ты беспокоишься обо мне? — ощетинилась я, вырывая локоть из рук подруги.

— Эсара, послушай, сейчас ты переживаешь много изменений в организме и биоструктуре, думаю, тебе нужно с кем-то поговорить о них. Как насчёт того, чтобы посетить доктора Эвиана для обследования?

Я усмехнулась и ответила:

— Бионики не ходят к врачам, Саша. Особенно к лексианским.

— Бионики обращаются к врачам. Особенно после установки гормонального обновления. Я изучала вопрос в межгалактической сети, где сказано, что для бионики желательно присутствие врача, которому они доверяют.

— Ты изучала характеристики биороботов? — слёзы снова угрожали затопить глаза, я сморгнула их, не понимая, почему так реагирую на помощь. — Саша… прости. Со мной всё в порядке. Все мои системы работают оптимально.

— То, через что ты сейчас проходишь, явно не бионический опыт. Я сама постоянно испытываю целый спектр эмоций, практически каждый день. Поэтому считаю, что у меня больше опыта в этой области, чем у тебя, так как я являюсь человеком, — голос Саши звучал мягко.

Внезапно я заметила напоминание о встрече с доком в блоке задач на день.

— Звёзды над головой, Саша! Ты уже записала меня к врачу?

— Доктор Эв очень занятой и попасть к нему на приём не так-то просто.

— Эв? С каких пор ты зовёшь его Эв? Вы друзья или любовник?

— Нет, нет и нет. Он просто очень хороший врач. Правда, резковат, что вполне можно понять, учитывая его особенности, — ответила Саша.

— Позволь мне прояснить кое-что, — сказала я, скрестив руки на груди. — Ты хочешь, чтобы я доверила лексианскому доку свои проблемы полового созревания? Саша, ты хотя бы в курсе, что лексы недолюбливают биоников?

— С каких это пор лейксам не нравится бионики? — спросила Саша в замешательстве.

— Эмпаты не доверяют существам, которых они не могут прочитать, а бионики нечитаемые. Разве ты никогда не читала о том, что на их планете нет биоников? Всё население планеты Лекс предпочло бы, чтобы нас вообще не существовало. Это не секрет, Саша. Как ты можешь этого не знать?

— Я полагаю, мы все узнаём новое каждый день, — задумчиво промурлыкала Саша. — Но я уверена, что тебе не о чем беспокоиться. Пристрастный или нет, док Эв работает со всеми видами на борту нашего лайнера. Я абсолютно уверена, что у тебя не будет проблем с ним, а теперь иди, — сказала она. — Ты же не хочешь опоздать на приём.

Впитывая чужие эмоции, как губка, не удивляйтесь, что чувствуете себя выжатым.

Эвиан

Второй раз за столько дней мои руки по запястье оказались в густой полупрозрачной слизи.

— Здесь болит? — спросил я у блурвана, покачивающегося посреди моего кабинета.

— Немного левее, док, — ответил Стаффон.

Боль, исходящая от позвоночника блурвана, расцвела у основания моего черепа. Я повернул голову влево, вправо, пытаясь облегчить боль, вызванную эмпатией.

— Здесь?

— Ага, — отозвался Стаффон.

Оседлав хвост блурвана, я прислонился к краю смотрового стола и глубоко погрузил свои руки в густую, студенистую субстанцию, составляющую нижнюю половину тела Стаффона, нащупывая место соединения, где позвоночник его гуманоидной верхней половины переходил от кости к хрящу. Обычное место смещения у этого вида.

— Хорошо, Стаффон, сделай глубокий вдох, затем выдохни до упора и… — толчком одной руки и поворотом другой, я вернул повреждённый сегмент позвоночника на место с чавкающим звуком. Боль в шее сразу исчезла.

— Спасибо, док. Ваши пальцы волшебны, — облегчённо зарычал Стаффон.

— Верно, всего лишь магия, — пробормотал я, направляясь к раковине, высоко подняв покрытые слизью руки. — Может быть, в следующий раз тебе стоит попробовать другую позу, во время утренней растяжки, — сказал через плечо, вымыв руки.

Пока я поворачивался к пациенту, зацепился взглядом за свой диплом Академии Голубой Лагуны, висевший на стене. Я был первым в классе в самой престижной медицинской академии Лагуны, когда-то давным-давно весь мир был у меня под рукой. Если бы всё шло так, как предполагалось, я был бы уже на пути к тому, чтобы стать главным хирургом в одном из военных госпиталей Лекса. Сейчас же с радостью работал бы в дорогом круизном спа или ушёл бы в более узкую специализацию по мигреням. А может, пойти в ученики корабельного механика и стать механиком, как мечтал в детстве?

Вместо всего этого, из-за одного решения, принятого много лет назад, у меня не оказалось выбора, кроме как ухаживать за клиентами круизного лайнера «Волна», рассеивая звёздное небо Вселенной и погружая свои руки… и мысли в тела различных существ.

— Сегодня вечером будет вечеринка, — вдруг сказал Стаффон, поворачиваясь и изгибая туловище из стороны в сторону.

— Я рекомендую, по крайней мере, от двадцати четырёх до сорока восьми стандартных часов сниженной физической активности. Никаких изгибов, танцев и виляния хвостом, — пригрозил я пациенту.

— О, да ладно, Док. Я здесь всего на несколько дней! Как я буду без танцев с хвостом? — Стаффон даже легонько повилял студенистым хвостом.

— Тебе просто придётся попрактиковаться в сдержанности. Конечно, если у тебя возникнут какие-либо проблемы, ты всегда можешь вернуться ко мне, — обречённо вздохнул я, ожидая увидеть Стаффона снова завтра утром с точно такой же проблемой. Потому что гости круизного лайнера отдыхали, а не любовались достопримечательностями Галактик.

— Как я могу быть сдержанным, путешествуя на вашем лайнере? — усмехнулся Стаффон, подтягиваясь к двери семипалыми ногами. Он щупальцем нажал на кнопку, открывая дверь.

— Можно хотя бы не участвовать в каждом танце всю ночь напролёт, и тогда… — я так и застыл с открытым ртом. В коридоре, скрестив руки на груди, стояла высокая эффектная девушка.

Я ожидал на приём друга Саши, который нуждался в осмотре, но не думал, что это будет девушка. Судя по идеально гладкой коже, невероятно большим глазам и абсолютному эмоциональному молчанию она — бионик.

— Было бы неплохо узнать об этом заранее, — проворчал про себя, наблюдая, как Стаффон бросил один взгляд на девушку, шевеля хвостом и щупальцами.

— Дайте мне знать, насколько вы сдержаны, док.