Читаем Бензол (СИ) онлайн бесплатно

Огоньки гирлянды, украшающей окно общежития, медленно мерцали, создавая мягкую волну из красного, синего, зеленого и желтого цветов. По стенам и потолку переливались разноцветные отблески. Мерцание постепенно становилось быстрее, а вскоре и вовсе изменилось: теперь огоньки ярко вспыхивали попарно. Но и это не продлилось долго, парная работа надоела огонькам, и они стали загораться каждый по очереди. Затем ещё немного померцали все вместе и вовсе погасли. Погасли, чтобы снова зажечься всем дружно, и опять так же дружно постепенно погаснуть. Сначала медленно, а затем все быстрее и быстрее, огоньки гасли и загорались, а в один миг вдруг неожиданно вспыхнули и заплясали ярким хороводом из четырёх цветов, словно желая рассказать всем вокруг, что скоро Новый год. Праздник, который будет, увы, не у всех.

Миранда нехотя оторвала взгляд от гирлянды и уныло посмотрела на открытый учебник "Общая и неорганическая химия". Она всегда любила Новый год — праздник, гораздо более яркий, чем эта самая гирлянда на окне, и всегда приносящий ощущение чего-то сказочного и чудесного. Кто-то встретит его с семьёй, кто-то — с друзьями, кто-то — с любимыми, а вот Миранду ждал Новый год в компании неорганической химии. Вот уже который час Мира смотрела в книгу и видела там всем известный неприличный жест. Неорганика оставалась все такой же непонятной, какой и была все полгода до этого, и Миранда искренне сожалела, что для работы в аптеке зачем-то нужен этот дурацкий предмет. Все праздники предстояло ей пролежать вот так, на полутёмном нижнем этаже двухъярусной кровати в обнимку с учебником, лишь иногда балуя себя наблюдением за гирляндой, и от осознания этого легче не становилось.

Конечно же, перед поступлением на фармацевтический никто и не говорил, что будет легко, но о том, что будет так сложно, тоже ведь никто не говорил!

Дверь хлопнула, и в комнату влетела Дашка, просто светящаяся от счастья. Ещё бы ей не светиться: сегодня Дашка уезжала домой. Да и вообще, все вокруг уезжали домой. Миранда и Даша делили комнату с двумя третьекурсницами, и они уехали ещё раньше: одна — вчера, другая — позавчера. А вот Дашка уезжала сегодня. Возле двери уже стояли ее сумки, а сейчас она воодушевленно рылась в шкафу, сияя от радости. И радость ее была вполне оправдана: дома Дашка не была уже больше месяца. Сначала избавлялась от всех накопившихся за семестр долгов, потом были итоговые занятия и зачеты. Зато последний зачёт по неорганике она каким-то неведомым чудом сдала. Сдала, еле-еле получив слабенькую "тройку", но все же сдала, и теперь на каникулы уезжала домой. А Миранда оставалась здесь в пустой комнате наедине с гирляндой и неорганикой.

Дашка подбежала к кровати, чтобы достать с зарядки телефон. Ее кровать была прямо над кроватью Миранды, и потому, чтобы дотянуться до мобильного ей пришлось встать на носочки и полностью перекрыть Миранде свет. Уже вместе с телефоном она отошла, и взглянула на Миру с учебником.

— Как там неорганика? — весело спросила она.

Миранда устало взглянула на учебник. Написан он был, разумеется, на русском, но, будь он на китайском, разницы, наверное, почти не было бы.

— Достала уже, — често призналась Мира. — Ну не понимаю я её! Все эти металлы-неметаллы, щёлочи-кислоты, электронные конфигурации, орбитали, гантели, уровни-подуровни! Да пропади оно пропадом все! — Мира столкнула учебник с живота на кровать.

Радость в глазах Дашки сменилась сочувствием. Она подошла, присела на край кровати Миранды и твёрдо сказала:

— Сдашь.

— Ты уже это говорила, — Мира вздохнула. — Перед самым зачётом. А толку?

— Да ладно, не расстраивайся, — Даша положила руку на плечо Миры. — Пересдача — это отстой, конечно, но ведь пока не отчисляют.

— Обидно. Мне же чуть-чуть не хватило до "тройки". Это все из-за препода этого. Докопался на пустом месте, жалко что ли было поставить? Вот если бы наша принимала, не было бы проблем. И придурок этот из десятой группы отвлекал постоянно. Только что-то вспомню, как он там сзади шипит: "А ты не помнишь это? Или то? Или вот это?"

— Максим? Или как его там? — Дашка нахмурилась, припоминая.

— Да, точно, Максим. И сам ведь сдал, зараза! А мне теперь на пересдачу из-за него, — Мира снова взяла в руки учебник и грустно вздохнула. — Вот ты мне скажи, кто ставит пересдачи на третье января? Неужели им самим хочется третьего работать?

— Это все деканат, — заявила Даша. — Ну, или учебный отдел, кто их там разберёт. Им всегда было на студентов плевать.

— А у меня теперь из-за них Нового года не будет, — Мира наугад открыла учебник. — Из-за этой пересдачи мне домой никак не уехать, нужно здесь сидеть и готовиться. Всю ночь новогоднюю буду здесь, в общаге, на гирлянду смотреть.

— Слушай, — Дашку неожиданно осенило, — а ты не сиди! Иди на дискотеку!

— Какую ещё дискотеку? — недоуменно взглянула на подругу Мира.

— На нашу, университетскую! Ту, которую студсовет устраивает. Ты разве объявления не видела?

— Какие объявления?

— Так они же на дверях каждого корпуса расклеены! Дискотека в новогоднюю ночь в фойе главного корпуса. Приглашаются все желающие. Сходи, повеселись!

— Э, нет, — отмахнулась Миранда, — вот только этой глупой дискотеки мне и не хватало. Ты же знаешь, я даже танцевать не люблю.

— Нет-нет-нет, ты пойдёшь! — Дашка вскочила с кровати и побежала к шкафу. — Даже если ты не едешь домой, твоя новогодняя ночь будет незабываемой!

— Чувствую, это будет самая ужасная новогодняя ночь в моей жизни.

— Вот поэтому тебе надо идти на дискотеку! — Дашу было уже не остановить. — И ты будешь там принцессой! Прямо как я была на школьном выпускном.

Дашка снова подбежала к кровати Миранды и протянула ей нечто, завернутое в ткань.

— И что это? — равнодушно спросила Мира.

— Моя диадема, — Даша с гордостью развернула ткань.

Мира взглянула на сверкающее украшение. Она не знала, из какого металла была сделана диадема, но, впрочем, это ее и не волновало, ведь диадема действительно была прекрасна. В самом деле, достойная принцессы. Серебристая и украшенная небольшими камешками, словно капельками росы. Сейчас в них отражались огоньки гирлянды. Эту диадему Дашка надевала на выпускной, а потом привезла в университет для сценки студенческого КВНа, в котором участвовала.

— Ты наденешь ее на дискотеку, — сказала Даша, завернула диадему обратно в ткань и положила на стол. — А мне пора, а то на электричку опоздаю. А ты тут давай, учи неорганику и зажги на Новый год так, как никто в этом универе!

Дашка чмокнула Миранду в щеку, быстро оделась и подхватила свои сумки.

— Хорошей дороги, — успела сказать Мира прежде, чем дверь за улыбающейся Дашкой закрылась.

И лишь гирлянда неспешно мерцала в воцарившейся тишине.

Утром Миранда проснулась с тяжелой головой.

Вчера после отъезда Дашки Мира весь вечер честно учила неорганику. Правда, где-то раз в час ее накрывало волной безысходности и сильного желания бросить это неблагодарное занятие, и Миранда откладывала в сторону теорию и мужественно принималась за разбор задач по теме "Растворы". Ещё примерно через час откладывались "Растворы", и снова наступал черёд теории. Борьба с безысходностью продолжалась до тех пор, пока уставшие глаза не начали болеть даже от ни в чем неповинной безобидно мерцающей гирлянды. После этого Мира отключила и гирлянду, и, наконец-то, свои мозги, и благополучно легла спать.

Однако, проснувшись утром, Миранда поняла, чем вчерашний подвиг обернулся на самом деле. Голова гудела так, как будто вместо сна продолжала подбирать формулы к задачам на растворы или расписывать электронные конфигурации атомов. Вот только на самом деле там происходило что-то неведомое. Потому что неорганика так и осталась далекой, как Луна, и непонятной, как бред сумасшедших. Хотя нет, даже больше.

Настроение у Миранды было просто отвратительное, и она снова включила гирлянду, чтобы стало веселее. А кроме того, неожиданно поняла, что химия на завтрак, обед и ужин — это очень и очень сурово. Возможно, это подошло бы как испытание для какого-нибудь супергероя, но Мира была совсем не супергероем, а обычной студенткой-первокурсницей, которая ела в последний раз вчера утром с Дашкой. В задумчивости Миранда прошла к холодильнику, открыла его и поводов для плохого настроения стало больше. Из холодильника с лёгкой насмешкой смотрела пустота, и Мире почудились в глубине призраки повесившихся мышей. Она вздохнула, закрыла дверцу и вспомнила, что продукты уже несколько дней никто не покупал: девочки готовились уезжать и подъедали все остатки, а сама Мира погрязла в неорганике. Вчера вместе с Дашкой они пожарили последнюю картошку и доели остатки творога.

Хотя тащиться по морозу в магазин и не хотелось, зато хотелось есть, и Миранда все же пошла за сумкой с кошельком. Сумка обнаружилась у стола. Взгляд Миранды упал на учебник и тетрадь по неорганической химии, оставленные вчера на столе, и в магазин захотелось идти в разы сильнее: глупо было бы упустить эту чудесную возможность хоть ненадолго отдалить встречу с неорганикой. И тут взгляд Миры зацепился ещё за один предмет, лежащий на столе: какой-то странный кусок ткани. В задумчивости девушка коснулась его и сразу же вспомнила: в куске ткани скрывалась Дашкина диадема. Естественно, ни на какую дискотеку Миранда идти не собиралась, а потому аккуратно переложила диадему на полку. И решила все-таки, пока не растеряла ещё весь свой задор, сходить в магазин.

Подойдя к лифту, Миранда как обычно нажала на кнопку, но лифт не отозвался привычным гудением. Мира нетерпеливо нажала на кнопку лифта ещё несколько раз, но тот продолжал хранить молчание. "Вот черт, опять сломался! Теперь хорошо, если после праздников починят!" — осознав это, Мира махнула рукой и поплелась вниз по лестнице.

В супермаркете было шумно, всюду толкались люди, с потолка свешивались новогодние гирлянды и шапки Деда Мороза. Было много пустых полок и маленьких украшенных новогодних ёлочек. Некоторое время Миранда просто побродила по магазину, наблюдая за тем, как люди сметают все подряд, суетятся, сталкиваются переполненными тележками и с обреченными лицами стоят в длиннющих очередях в кассу. К счастью, всеобщее предпраздничное безумие не распространялось на овсянку, вермишель быстрого приготовления и замороженные пельмени, а потому Миранда легко и быстро взяла все нужное благополучно присоединилась к одной из очередей. Впереди стояла женщина с тележкой, заполненной всеми возможными продуктами, какие только могут понадобиться на Новый год.

Мира невольно вспомнила, что они с мамой так же скупали все, что можно, перед праздником, и от этих мыслей стало как-то невыносимо грустно. Мама ведь там, дома, тоже покупает все, и возможно, сейчас тоже стоит на кассе, и уже знает, что примерно будет готовить, ведь всегда заранее продумывала блюда. А еще она уже знает, что Миранда не приедет. Когда мама вчера услышала эту новость, конечно же, сделала вид, что все в порядке, но Мира заметила, что на самом деле мама расстроилась. Мира и сама была расстроена не меньше, а потому от ласкового пожелания "удачи на пересдаче" ей на какую-то секунду захотелось плакать. Нет, все, разумеется, понимали, что пересдача важнее, и мама понимала это лучше всех, но Миранду не покидало чувство, что эта никому не нужная неорганическая химия испортила всем Новый год. Их семья на праздники всегда собиралась вместе, их большая-большая семья: Мира с родителями и братом, мамина и папина сестры с семьями, бабушки и дедушки. И все было весело, со смешными шутками, розыгрышами, конкурсами. И все было так чудесно! Впрочем, в этом году тоже будет, и все будут веселиться, только уже без Миранды. А она будет здесь одна в общаге, вдали от прекрасного семейного праздника. И никакая дурацкая университетская дискотека этого не заменит даже приблизительно. Да и вообще, какой смысл идти на дискотеку без друзей? Больше всех Мира сдружилась с Дашкой — одногруппницей и соседкой по комнате. Ещё неплохо она общалась с несколькими девочками из общаги, но как назло и они, и Дашка, разъехались по домам. Общага заметно опустела, осталось лишь немного людей, чужих для Миранды. Танцевать Мира не умела, и не любила, поэтому и не пыталась научиться. И пусть Дашка уверяет сколько хочет, что на дискотеке будет весело, Мира идти туда решительно не собиралась.

Увлечённая своими мыслями Миранда и не заметила, как привычной дорогой добрела до общежития. Подняла она опущенную голову от земли только тогда, когда высокое здание выросло перед ней, и то только потому, что где-то впереди были ступеньки. По направлению к общаге шли двое парней. При взгляде на спину идущего слева, облаченную в чёрную куртку, Миранда вдохнула и забыла выдохнуть. Ее сердце пропустило несколько ударов, а затем забилось с утроенной скоростью. Впереди шёл Богдан. Он шёл неторопясь, обсуждая что-то с Женей — своим соседом по комнате, но это все было не важно. Да вообще ничего теперь было не важно. Впереди шёл Богдан, а остальное не имело значения.

В общаге все знают все обо всех. Миранда все знала о Богдане — очень умном, невероятно талантливом и безупречно красивом третьекурснике, живущем двумя этажами выше. Богдан умел все: учиться на отлично, заниматься в научном кружке на кафедре органической химии и всегда потрясающе выглядеть. Никто из нас не рождается идеальным. В каждом человеке рядом с неоспоримыми достоинствами уживаются и явные изъяны. И лишь один человек сумел стать исключением из этого правила — Богдан. Он был абсолютно безупречен. Всегда, везде и во всем. Человек, не имеющий ни одного недостатка. Хотя нет, один недостаток у него все-таки был: Миранды для него не существовало. Для него существовала лишь безликая девочка-первокурсница с пятого этажа общаги, с которой он всегда здоровался. И сердце Миранды грела светлая надежда на то, что однажды безупречный Богдан избавится и от этого недостатка.

Порыв холодного ветра заставил Миру вздрогнуть, выйти из оцепенения и поторопиться в общагу вслед за ребятами. Догнать их у неё не получилось, и оставалось лишь наблюдать, как Женя вызывает лифт, затем, запоздало вспомнив, что тот не работает, и махнув рукой, идёт вслед за Богданом по лестнице. Туда же уверенным шагом пошла и Миранда, размышляя над выбором: обогнать Богдана и получить несколько драгоценных секунд его внимания и личное "привет", или же тихонько идти следом и послушать его милый голос.

— Да, все праздники я здесь, — сказал тем временем Богдан, и Миранда, услышав чарующие звуки его голоса вся обратилась в слух.

— Тебе делать, что ли, больше нечего? — спросил друга Женя.

— Вот как раз дома мне делать и нечего, а в лаборатории всегда есть чем заняться, — отвечал Богдан.

— Новый год же! — удивился Женя.