Читаем Белый Дракон (ЛП) онлайн бесплатно
Белый Дракон (ЛП)
Её удерживает в другом измерении магическое, извращённое и раздражающе убедительное существо, и Алексис вскоре понимает: он хочет, чтобы она помогла ему уничтожить целые миры. Алексис становится его живым ключом для прохождения через порталы, позволяя ему открывать их для искажённых тьмой существ, известных как Иные. Никто не знает, чего на самом деле хотят Иные, но куда бы они ни пошли, они порабощают планеты, подчиняя своей воле целые культуры, хронологии целых миров. Король, похитивший её, совсем не заботится об этом. Для него Иные — лишь средство для достижения цели. У него есть свой собственный план, который Алексис должна разгадать, если она надеется когда-нибудь от него сбежать и помешать Иным охватить тьмой все другие известные миры. Если её похитителю, королю, удастся передать контроль над измерениями этим существам, то он уничтожит всё, что мать Алексис воспитывала её защищать, всё, за что её тренировали сражаться. Они называют его Белым Драконом. Он король, узурпатор, радикалист. Он также провозгласил Алексис своей супругой.
Романы / Любовно-фантастические романыАлексис крепко сжимала перила балкона, смотря из пентхауса на реку, которая не была Темзой, но вполне могла за неё сойти.
Это не была знакомая ей река Темза.
Она знала это.
Тем не менее, если как следует прищурить глаза, то можно почти притвориться, что это так.
Она могла притворяться в отношении многих вещей.
Она могла почти забыть.
Еле заметное присутствие скользнуло мимо, отвлекая её.
Она почувствовала его, а затем оно исчезло.
И всё же в этом ощущении было что-то… знакомое.
Часть её пыталась определить, кто это был и почему показался ей знакомым, но это всё равно, что пытаться схватить дым. Та же её часть продолжала попытки, старалась вернуть то ощущение, изучить его, идентифицировать, понять, что оно означало…
Она снова сосредоточилась на позднем послеобеденном небе.
В некоторые из этих дней и утр, начиная от восхода и до самого заката, всё здесь так походило на её родной мир. Небо было чище, город — тише, облака имели более глубокие оттенки фиолетового, оранжевого и зелёного. Птицы кричали иначе, пели другими голосами.
Однако всё выглядело похоже.
Почти.
Всё выглядело таким же, когда солнце опускалось в небе… пока между зданиями не проплыл тихий, словно призрак, бледный металлически-зелёный дирижабль, направляющийся к реке.
Алексис смотрела сквозь похожие на пузыри окна, замечая лица, глядевшие на неё с другой стороны окон. Они носили на своих телах странную одежду и шляпы, причудливый макияж и украшения. С верхних смотровых площадок воздушного корабля до неё доносились голоса, говорящие на языках, которых она не знала. В их речи интонации непривычно повышались и понижались, подчёркиваясь раскатисто-вибрирующими звуками.
Как только серебристо-зелёное, похожее на пулю транспортное средство полностью расположилось над водой, оно так же бесшумно и плавно сменило курс, перемещаясь подобно дуновению ветра и направляясь к одному из соседних пригородов.
Чувствуя, как сжимаются её челюсти, Алексис перевела взгляд к Биг-Бену или к тому, что находилось здесь вместо него. Он тут выглядел в основном таким же, но опять же, некоторые детали не сходились… Странно выглядели стрелки часов, вытянутые башенки и шпили вокруг вершины массивного циферблата.
Все цифры выглядели по другому.
— Ты же не собираешься спрыгнуть? — поинтересовался спокойный голос с оттенком юмора.
Возможно, именно эта веселость заставила Алексис крепче стиснуть зубы.
Она сжала перила, словно проворачивая их в ладонях.
Мимо пролетела птица, но слишком быстро, чтобы можно было проследить за ней взглядом.
А может, это была вовсе не птица.
Это мог быть фейри… или летучая мышь, которая на самом деле являлась вампиром… или какое-то животное в виде птицы-оборотня… или фамильяр мага, отправившийся с поручением… или даже магическое животное, которое умело разговаривать. Алексис узнала, что это всё существует здесь, и что весь этот мир кишел кошмарами и сказками, заимствованными из её собственной версии Земли.
Он называл его Лакриас.
Он сказал, что его нет ни на одной из сетевых карт.
Ещё он сказал, что Странники произошли отсюда, и здесь до сих пор находится их королевство наряду с теми, что были построены людьми на протяжении многих лет.
Он сказал, что Иные ещё не внедрились сюда.
Он сказал, что у них не было своего Светоносного, но они могли самостоятельно управлять вратами.
Он сказал ей всё как будто между делом, подкидывая маленькие частицы информации без контекста или особых объяснений. Алексис впитывала все лакомые кусочки деталей, но не чувствовала, будто хоть что-то знает точно.
Перегнувшись через перила, она посмотрела вниз на улицу.
Несмотря на то, что он только что сказал, она не могла не задумываться о…
— Я бы не советовал, питомец, — пробормотал он.
Его голос прозвучал вкрадчиво, почти соблазнительно, когда он пододвинулся к ней боком и взялся за перила рядом с ней. Тем не менее, она распознала скрытую жёсткую нотку и серьёзность, пока он изучал её лицо с расстояния нескольких дюймов.
Он улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз.
Всё ещё наблюдая за её лицом с обманчиво небрежным выражением, он потянулся к её шее, проводя своим чувственным пальцем по ошейнику, который лично надел на неё.
Каким-то образом она почувствовала тепло, хотя он даже не касался её кожи.
— …Помни, что я тебе говорил, — прошептал он. — Помни, где ты находишься.
Алексис не раздумывала.
Выбросив руку вперёд, она схватила его прямо за горло.
Рывком подтянув его к себе, она бросила его спиной на перила, надавив на шею и верхнюю часть тела так, что из-за её сжатых пальцев он повис вниз головой.
— Может, тебе стоит вспомнить, кто я такая, — прошипела она, глядя ему в лицо.
Странник уставился на неё в оцепенении, возможно, на полсекунды.
Затем он усмехнулся.
Явный восторг в этом смехе вызвал в ней более острую и сильную волну ярости.
Она дёрнула его вниз за горло с ещё большей силой, так что его верхняя часть тела повисла почти вертикально…
Боль.
Подобная лезвию, обжигающая, ослепляющая боль.
На самом деле, ни одно описание не походило для этого.
За все эти годы в Алексис стреляли, ранили ножом, жгли и поражали всеми видами магического огня, которые только можно вообразить. Её кусали вампиры, оборотни и однажды даже пикси. Она была наполовину утоплена водяным демоном и поражена молнией из-за того, что оказалась между разгневанной фейри и её бывшим любовником.
Ничто не могло сравниться с этим.
Она невольно ахнула.
Боль взорвалась от затылка вниз по позвоночнику и была такой сильной, что Алексис невольно отступила от перил и отпустила Странника, а руками потянулась к ошейнику на шее.
Всё перед глазами стало белым, затем серым.
Всё постепенно темнело.
Она была уверена, что потеряет сознание…
Но боль так же внезапно прекратилась.
Она поняла, что стоит на коленях на каменном балконе, в развевающемся бледно-голубом платье, и ловит ртом воздух, пока её руки сжимают покрытый золотом ошейник. Она понятия не имела, из какого металла тот на самом деле сделан, но он выглядел золотым, со странными надписями по краям, которые она никогда ранее не видела, и ещё ни одно заклинание не смогло его взломать.
Она взглянула на Странника, который выпрямился, стоя на том месте, где она заставила его свеситься с каменного балкона. Он потёр свою свободную от ошейника шею, улыбаясь ей сверху вниз, и кивнул в знак благодарности охраннику у дверей балкона, который, как предполагала Алексис, был каким-то оборотнем — пёс, нанятый Странником, чтобы охранять его жизнь.
Она забыла о чтении мыслей.
Ну, она не помнила об этом до тех пор, пока не увидела улыбку Странника.
— Ты не ошибаешься, любовь моя, — с лёгкостью сказал он ей. — Возможно, мне нужно найти какой-то более действенный способ, чтобы ты могла выражать недовольство своим положением… и мной. Уоррик очень серьезно относится к своей работе. Я бы предпочёл, чтобы твои «проблемы с адаптацией» решались иным способом, который бы не заставлял его постоянно причинять тебе боль. И уменьшил шансы того, что тебя убьют…
— Или тебя, — отрезала она.
Он совсем не выглядел обеспокоенным, и это сильно раздражало.
Он отмахнулся от её комментария пожатием плеч.
— Да, — произнес он рассеянно. — Конечно. Это тоже.
Мужчина с широкими плечами, стоявший у дверей балкона — вероятно, тот самый «Уоррик» — выразил своё мнение гораздо менее тактично.
Он издал откровенно презрительное ворчание.
Очевидно, он не беспокоился о том, что Алексис убьёт его хозяина.
Она поднялась на ноги, пытаясь не морщиться от боли, которая пронзила её позвоночник.
Не глядя ни одному из них в лицо, она зашла в пентхаус с высокими потолками и металлическими балками, покрытыми очень детальной резьбой, большая часть которой состояла из символов или чего-то, похожего на птиц. У всего в его покоях были закруглены края, многое являлось изогнутым или искривлённым подобно настоящим ветвям, большая часть предметов выглядела живой, другая часть напоминала ей волшебные замки, тёмные леса из фильмов и произведения искусства дома.
Больше всего здешний стиль напоминал ей ту старую форму модерна в искусстве и архитектуре её версии Земли, хотя и сильно извращённую версию.
Настоящие живые растения росли сквозь потолки, полы, стены и мебель.
Деревья заполняли самую большую из общих комнат, простираясь повсюду на полпути к потолку и вытягиваясь прямо через потолок вверх к темнеющему небу над головой. Они образовали небольшой лес в этом похожем на атриум пространстве и были высажены в почву, которая находилась в ящиках, встроенных в каменный пол. Другой участок занимал большой пруд, наполненный цветущими лилиями, тростниковыми растениями и маленькими кустиками, покрытыми розовыми, фиолетовыми и белыми цветами.
Птицы влетали и вылетали из открытых окон со всех сторон открытого пространства.
Это напоминало жизнь в парке.
Алексис даже неохотно признала, что здесь красиво, особенно по ночам, когда появлялись местные версии светлячков и освещали пруд и небольшие каналы, а слуги в прозрачных одеждах, чьи длинные волосы едва прикрывали заострённые уши, зажигали фонари.
Алексис предположила, что это эльфы, но учитывая то, что они разговаривали между собой на Общем языке, на её версии Земли они могли сойти за двадцатилетних хипстеров.
Она многое узнала, подслушивая их.
Она узнала о вещах, в которые Король Странников по каким-то причинам не хотел посвящать её.
Например, то, что люди составляли здесь самый большой процент существ, как и на её Земле. Например, то, что планетой практически полностью управляли Странники, даже если они позволяли людям руководить многими местными органами власти. Например, то, что Короля Странников здесь считали почти богом, существом огромной силы, которое жило сотни, а возможно, и тысячи лет.
Например, то, что этот король командовал армиями, решал судьбы миров.
И они имели в виду Кэла, как она предполагала.
Кэл правил этой планетой.
Если только он не солгал ей и об этом.
Однако она не думала, что он соврал — только не об этом, судя по тому, как о нём шептались слуги, и как они сплетничали о ней.
Большинство из них недоумевали, почему он рискует и держит рядом с собой такое опасное существо, которое явно хочет его убить. Казалось, у некоторых имелись свои догадки касательно причин, и они понимающе ухмылялись друг другу. Другие же задавались вопросом, что она вытворяла с ним в постели, раз это стоило такого риска для его персоны.
По крайней мере, один упомянул о «странных пристрастиях» членов королевской семьи.
Так что нет, как бы ей ни ненавистно было это признавать, Алексис не думала, что Кэл солгал о том, кто он такой.
Она не думала, что он солгал ей, назвав себя королём.
Это была странная мысль.
— Ты уже проголодалась, любовь моя?
Алексис почувствовала, как у нее напряглись челюсти.
До этого момента она не осознавала, что просто стояла там, перед местом, где вода стекала со стены и спускалась по каменной скульптуре в большой пруд. Она понятия не имела, какое выражение было на её лице, но теперь она чувствовала, как её гнев возвращается, а разум снова думает о побеге, об его убийстве…
— Ну же, любовь моя. Одной попытки убийства в день вполне достаточно, ты так не думаешь? — мягко произнес он, касаясь её плеча. — Возможно, ты могла бы немного остудить этот порыв.
Когда Алексис повернула голову, её челюсти были по-прежнему напряжены, несмотря на все попытки держать нейтральное выражение лица, Она встретилась с ним взглядом.
Теперь его глаза сделались бледно-голубого цвета, прямо как у неё.
Он изучал её взгляд, и выражение его лица вернулось к той серьёзности, к той более грозной версии, которая действительно выглядела по-королевски.
— Теперь нам нужно серьёзно поговорить, любовь моя, — произнёс он, сверля её тем неподвижным, как будто более тяжёлым взглядом. — Думаю, пришло время нам лучше понять друг друга. Верно?
Алексис не ответила.
В то же время соблазн получить больше информации манил её.
Она жаждала этой информации даже больше, чем его смерти или побега.
Она хотела знать, что это всё такое.
Она хотела понять.
— Тогда идём, — сказал он, снова отвечая на её мысли. — Мы поедим в комнате солнца и звёзд, да? Где у тебя будет меньше соблазнов, чем на балконе.
Алексис не ответила.
И всё же, когда Странник развернулся и направился в извилистый коридор, который, как она знала, уводил глубже в его апартаменты, в том числе туда, где находилась комната «солнца и звёзд», в нескольких помещениях от его спальни…
…Алексис молча последовала за ним.
Коридор в доме Странника казался таким же необычно живым, как и комната, которую Алексис только что покинула.
Извилистый канал покрывал большую часть правой стороны прохода с круглым потолком, создавая ощущение пещеры или туннеля, пробуренного в горе водой и льдом. Если не считать мерцающее освещение на стене, которое имитировало свет свечей, но таковым не являлось, проход казался тесным, тёмным и влажным.
Когда она дошла до конца, на другой стороне сразу же появился свет.
Алексис оказалась внутри стеклянного пузыря, похожего на террариум, рассчитанный на содержание существа размером с человека.
Тем не менее, она поняла, что солнце, должно быть, скрылось за горизонтом за то время, что она отвлеклась на балконе и в другой комнате.
Меркнущее небо начало по-настоящему темнеть.
Она огляделась вокруг и посмотрела наверх, на облака цвета заката и небо над головой, окрашенное светом садящегося солнца в красный, оранжевый, золотой, фиолетовый и зелёный оттенки. В нескольких местах между облаками она уже могла разглядеть звёзды, а ещё заметила крылатых существ, покидающих свои насесты и рассекающих воздух — они теперь ассоциировались у неё с наступлением ночи.
Как ни странно, здесь Алексис в равной мере и наблюдала наступление ночи, и ощущала его.
Она игнорировала Странника и наблюдала, как облака меняют цвет, как в комнате темнеет, как начинает появляться больше звёзд.
Через несколько минут темноту в апартаментах нарушали лишь мерцающие, похожие на пламя огоньки, обрамлявшие края комнаты.
Когда последние лучи солнца угасли, за стеклянными окнами один за другим начали зажигаться городские огни. Линия горизонта вокруг реки по обеим берегам постепенно светлела, хотя и не становилась такой же яркой, как дома, но светилась более тонкими оттенками, разбавленными яркими пастельными и насыщенными синими, зелёными, золотыми и пурпурными тонами.
Алексис взглянула вправо, где прямо за извилистой линией тёмной реки небо начинало светиться. Пентхаусы близ реки, чьи строения расположились прямо на берегах, казались зажатыми между воюющих горизонтов ярких, клубящихся огней по обе стороны от тёмной воды.
Что-то здесь было не так.
И не только здесь, в пентхаусе, и даже не в Лондоне, который не был Лондоном.
