Читаем Аккорды сердца (СИ) онлайн бесплатно

1

- Ма, напомни, в каком случае тело мелом обводят: когда оно ещё живо или уже нет? - интересуюсь, заходя на кухню с телом скоропостижно скончавшегося мыша, убитого нашим котом.

С места преступления его пушистость сбежал, а сюрприз оставил для криминалистов в моём любимом тапке, чтобы утро стало поистине добрым и бодрым, а сейчас смотрел на меня со шкафа с видом: «Ты всё равно ничего не докажешь, и без адвоката я разговаривать не буду».

- Уже неактуально, - отзывается, переворачивая на сковороде очередной ароматный сырник.

- Значит, обойдёмся. - Приходится выбежать на улицу и спешно прикапывать маленькое тело под кустом малины, ёжась от мороза. Зима окончательно вступила в свои права, но в этом году что-то слишком холодно даже для декабря, и мне не хочется думать, будто это какой-то знак от природы лично мне.

- Я не понимаю, это зов его бомжеватых предков или просто такое настроение? - ворчу, забегая обратно, и усаживаюсь за стол. Чимин пялится одним глазом из-за угла, проверяя, избавилась ли я от трупа, и только потом важно шагает на кухню, помахивая пушистым хвостом, а потом садится напротив своей миски с дорогим кормом. Дело сделано.

Назвала же по дурости милого котёнка в честь южнокорейского айдола, а он взял и за пару лет вырос в северокорейского. Тоже, своего рода айдола, и теперь не знаешь, нажмёт он красную кнопку или нет, вернее, принесёт ли очередную мышь…

- Животное просто о тебе заботится, - улыбается мама. - А то такими темпами его хозяйка скоро превратится в жертву Бухенвальда, если не будет есть нормально.

Моя маман — лучший антидепрессант. Несмотря на её собственную, ни разу не весёлую историю, эта женщина никогда не унывает и мне запрещает это делать. Не дай боженька ей застать меня хандрящей — так треснет по сопатке, что вся дурь вместе с депрессией вылетит на раз. Она даже в телефоне у меня записана как «Маменька», ибо иначе не солидно.

- Не это меня беспокоит, - вздыхаю, глядя на ничего не подозревающего преступника, в этот момент в кухне появляется моя подруга. - Ты забыла главную примету? Если этот паршивец принёс мне мышь, меня опять ждёт встреча, которой я не хотела.

- Ох, точно, - припоминает, наливая для Тайки кофе, я жутко завидую — мне остаётся только вдыхать божественный аромат. - Утречка, Тай.

- И вам двоим не хворать, - подмигивает, и мы все как по команде замираем, когда телевизор, так любящий изредка прибавить громкости сам по себе, вновь демонстрирует свой характер.

- … «Кто ты, если не зверь» с одноимённого альбома стала хитом ушедшей осени, - вещает ведущая популярного видео-чарта, и с экрана на нас смотрит знакомый похотливый прищур моего бывшего. - Посмотрим, смогут ли ребята и в этом году взорвать рейтинги?

- Ага, у меня даже есть название для нового альбома. «Кто ты, если не чмо. Неизданное», - бормочет подруга, заставляя нас с мамой усмехнуться.

У нас с Максом когда-то были замечательные отношения… ну, это я так думала. Потом он поймал звезду, забил на человечность и превратился в настоящее дерьмо, строящее перед фанатами паиньку. Бывает.

- А вот у девчонок из Amazing Grace дела не очень, - продолжает тем временем мило злорадствовать девушка. - Их песня «Миллион шагов», хоть и побывала на вершине всего неделю, но с грохотом скатилась почти на самый низ — не помог даже проникновенный текст. Кажется, без прежней солистки госпожа Вяземская не вытягивает… Ника, может вернёшься?

- Да, Ник, действительно, - согласно кивает Тай, наслаждаясь напитком, а я ничего не отвечаю.

Согласна, прискорбно, когда бывшая подруга по цеху, используя украденный текст песни, так лажает, но к этому нужно просто привыкнуть. Это только первое предательство ранит слишком остро, а вот потом сердце начинает впитывать этот медленный яд, вырабатывая антитела, и вскоре тебя уже не удивляет, когда близкий когда-то человек достаёт из-за пазухи наточенный нож. Моё сердце, к сожалению, оказалось слишком слабым… во всех смыслах, но радует хотя бы то, что с предательством, этих по-настоящему близких людей у меня осталось ровно столько, сколько и было до.

- Так, девочки, мне уже пора, а вы ведите себя хорошо, - вскидывается мама, вспоминая, что у неё вообще-то есть куча дел. - Буду поздно, так что ты, Тай, проследи, чтобы эта мадам не забывала есть, а то отправлю куда-нибудь в лагерь для детей с проблемами питания.

- Как скажете, - улыбается подруга, кровожадно скалясь мне, и мы провожаем мою вечно занятую леди, сами вскоре следуя на улицу, где припарковано яркое авто подруги.

По дороге как обычно болтаем о пустяках, готовясь к новому рабочему дню и не поднимаем тему музыки. Я вспоминаю, что нужно надеть часы, и под очень осуждающим взглядом личного тюремщика выуживаю их из кармана, сразу проверяя показатели, а заодно отключаю звук.

- И долго ты свою маму будешь обманывать? Думаешь, она не узнает, что с твоим сердцем всё гораздо серьёзнее, чем ты говоришь? Как этот ваш доктор только согласился…

- Столько, сколько понадобится, - ворчу, не желая вновь начинать эту тему. - И ты обещала меня не сдавать.

- Обещала, но ещё немного, и вес этой тайны сведёт меня в могилу, - морщится, а потом вдруг обеспокоенно тянет. - А мне кажется или эта навороченная машина следует точно за нами прямо от твоего дома? - подозрительно прищуривается рыжая, косясь в зеркало.

Навороченные для Тайки все тачки, кроме её собственной — милого жёлтого жука, который она купила сама, в пику отцу, чем очень гордилась, но сейчас она действительно права. Я бросаю взгляд назад, и там виднеется наш преследователь, который совсем попутал берега, как бы выразился наш сосед, и я взываю к своему спокойствию, мысленно считая до десяти. Помогает плохо.

- Ну, Чимин, экстрасенс ты северокорейский… - чертыхаюсь на все лады.

- У меня в багажнике бита, а в кармане кастет и ножнички для кутикулы, - делится Тая, как всегда поражая моё воображение. - Если что, я всегда за хорошую драку, ты же знаешь.

Да, жизнь с криминальными личностями никого не оставляет прежним.

- И я люблю тебя за это, но давай обойдёмся без мокрухи, - прошу. - Пока что.

- Как скажешь, но руки так и чешутся.

Спокойно добираемся до нашего бара, паркуемся, и я выхожу первая, чтобы лицом к лицу встретиться с обнаглевшим типом, уже настроенным на очередной раунд. Его не было неделю, и я по наивности девичьей решила, что ему надоело, но это он, оказывается, просто сил набирался — судя по выспавшейся морде их у него имелось с лихвой. Медведь ушёл в спячку и вернулся, чтобы снова меня доводить.

- Ты не понимаешь намёков или уши не чистишь?

На этот раз он хотя бы одет. В прошлую нашу встречу этот лохмато-бородатый мракобес вышел ко мне из машины только в гавайских шортах, золотистом загаре и вьетнамках, хотя на улице уже выпал снег. Сказал, что мы едем на свидание, потому что он хочет загладить вину за наше неудачное знакомство. И нет, это был не вопрос.

Несколько недель назад я как обычно вышла вынеси мусор, а это тело, одетое ещё более странно, лежало в переулке, не подавая признаков жизни, и как будто было даже ранено. Позже выяснилось, что в голову, а мне вообще не надо было обращать внимания, но моё глупое сердце, которому уже не раз доставалось за свою доброту, опять решило всё за меня. И я полезла проверять, жив ли незнакомец.

- Со мной всё путём, а вот моему младшенькому нужно искусственное дыхание, - сказал он тогда, пока я умирала от беспокойства, щупая его на предмет повреждений и наличие пульса.

Сначала я ничего не поняла, ведь поблизости больше никого не было. А потом, глядя на довольную рожу, осознала, что он имел в виду, и после этого быть доброй девочкой резко перехотелось. Я просто сбежала, а этот умник пришёл на следующий день, и вообще стал моим личным сталкером, поджидая меня после работы. Сегодня же уровень его преследования явно возрос, потому как прежде за нами ещё не ездили машины прямо от самого дома.

- Во сколько заканчиваешь? - игнорируя вопрос, тянет лениво, вытаскивая сигарету из пачки. Ненавижу этот запах.

- Слышь ты, бруталька в сандальках…

- О, так ты меня ещё не называла, - улыбается, закуривая, а меня пробивает какая-то бессильная злость, и я вырываю смертоносную палочку прямо из его рта, сложившегося буквой «о».

- Во-первых, импотенция не красит мужчину.

Сигарета улетает в снег, и он провожает её полёт таким обиженным взглядом, что впору рассмеяться, только моя улыбка будет означать, что я проиграла. А я не могу дать ему над собой даже маленькое преимущество.

- Хорошо, ради тебя я брошу. Будет трудно, но я готов, - кивает со всей серьёзностью, но в глазах пляшут черти.

- Во-вторых, его не красит преследование, - не слушаю, - а ты делаешь всё, чтобы я начала своё тесное общение с полицией.

Снова.

- Не советую — они все оборотни, - ставит меня в тупик, и мой прежний запал куда-то улетучивается.

- Какие ещё оборотни?

- В погонах, - пожимает плечами. - А в-третьих?

- В смысле? - совсем теряюсь, и непроснувшийся мозг попросту отказывается работать.

- Ну, точно же должно быть в-третьих, ведь ты явно целую речь готовила, птичка, - хмыкает нагло, чем окончательно выбивает меня из равновесия. - Жги.

- В-третьих, разворачивай свою блестящую машину и поезжай куда-то в другое место.

Если я ждала, что он так легко сдастся, то точно не в этот раз.

- Не хочу. Мне здесь нравится.

После этого он просто проходит мимо и заруливает в бар, а я стою, как вкопанная, пытаясь прийти в себя после такого перформанса. Какого, спрашивается, овоща это было?

- Он что, тебя сделал? - подкравшись, осторожно спрашивает Тая, вместе со мной прожигая чужую спину взглядом.

- Сама в шоке. Идём.

Этот день явно войдёт в историю.

От чужой наглости я не сразу прихожу в себя, просто потому, что такого ещё не бывало. Обычно мой сталкер ограничивается спешным покиданием места преступления — прямо, как мой кот, — когда мы обмениваемся взаимными колкостями, у него заканчиваются аргументы, я выигрываю, но сегодня что-то явно пошло не так. Может, планеты не так встали или это очередной коридор затмений? Впрочем, у каждого под шляпой свой театр, и мне явно не понять.

Как бы там ни было, заходим следом за наглецом, и я делаю вид, что не замечаю его. Работы как всегда полно, и мне не до странностей посторонних мужчин. Наш бар — уютный уголок для «своих», а именно любителей хорошей музыки и ламповой атмосферы. Почти все посетители так или иначе либо наши хорошие друзья, либо знакомые, либо фанаты, но бывают и такие, как мой бородатый кошмар.

- Привет, девчат, - машет Лёшка-бармен, уже готовый к дневной смене.

Его неформальный вид отлично привлекает сюда посетителей обоих полов не хуже, чем моя скромная персона. Несмотря на тот факт, что я уже полгода как не в группе, люди всё равно приходят за автографами и фото, и большинство из них действительно классные ребята, хотя бывают, конечно, и исключения. Моё исключение вовсе не лохматый неандерталец, преследующий меня вот уже месяц.

- Он опять здесь? - шипит подруга, косясь на постоянного посетителя, неизменно сидящего у окна и поправляющего одежду.

- Точно по расписанию, - вздыхаю, понимая, что очередное утро окончательно перестало быть добрым.

Быстро забегаю в раздевалку, обрабатываю руки, напяливаю фартук, а заодно улыбку и мчусь принимать заказ. Тип, который беспокоит весь наш дружный коллектив, уже давно заметил мой приход, а потому сейчас так нервно вытирает ладони салфеткой, пытаясь успеть до того, как я осчастливлю его своим присутствием.

- Ника, - улыбается, как только подхожу, хотя в глазах непонятного цвета с красными лопнувшими сосудами плещется что-то очень плохое. - Ты вновь скрашиваешь моё утро своим присутствием.

Где-то на фоне играет Manowar — Gods of War, подпитывая моё воинственное настроение, а я итак пытаясь не разнервничаться, потому что когда тебе смотрят не только в лицо, но и спину пытаются продырявить, это вообще не способствует успокоению. Нервничать мне нельзя — пульс итак грозится пересечь черту нормы.

- Что Вы, - тоже давлю улыбку, но в отличие от него, я знаю, что в моём взгляде нет ненормальной жажды обладания. Сомневаюсь, что я когда-нибудь смотрела так на кого-то — разве что на синтезатор, который не могла себе позволить раньше. - Вам как обычно?

Уже готова записать заказ и свалить, чтобы продышаться, но тут неожиданно гость хватает за запястье, а этого я не то чтобы не ждала — всякое было на концертах, однажды одну из нас даже попытались уволочь прямо со сцены. Просто в этот раз всё как-то слишком… реально.

- Постой убегать. - У меня нехорошее предчувствие, и интуиция не обманывает, когда неприятный блондин вновь открывает рот. - Может, уже хватит строить из себя недотрогу?

- Простите? - подвисаю ещё сильнее, откровенно пытаясь вникнуть в этот бред.

- Да брось, - доверительно подмигивает, но больше похоже на начинающийся приступ инсульта. - Думаешь, я не знаю о твоей ситуации?

Меня дёргает, как от пощёчины. Какой ещё ситуации? У меня вообще много было всяких ситуаций в последнее время, так на какую конкретно он сейчас намекал?

- Вы, кажется, встали не с той ноги, - всё ещё пытаюсь оставаться профи, но хватка на запястье неожиданно крепкая для такого худосочного мужика. - Отпустите.

Вместо того, чтобы прийти в себя, резко притягивает ближе, окуная в слишком яркий аромат дорогой туалетной воды, и меня начинает ощутимо подташнивать.

- Одно моё слово, и тебя не примут даже уборщицей. Всего лишь бывшая популярная когда-то певичка, а ныне официантка — разве не смешно? - тихо хохочет, а мне дурно становится, причём вовсе не от слов — его поведение всё больше настораживает, однако именно сегодня он почему-то решил показать себя во всей красе. - Не упрямься — я щедро заплачу, Ни-ка. Больше чем те, кто хочет тебя купить.

Вот тут уже у меня едет крыша, потому что разговор перестаёт иметь для меня хоть какой-то смысл. Раздражение смешивается с липким страхом, пульс подскакивает, и я неожиданно теряюсь, хотя в другое время высказала бы хмырю всё что о нём думаю. Но тут замечаю, как к нам движется мой сталкер, опережая широкоплечую фигуру Лёшки.

- Птичка, - бескомпромиссно отлепляет конечность от меня так, что чужие пальцы мелодично трещат, - займись другими посетителями, а мы тут побормочем о своём.

Хочется поспорить, только его взгляд предупреждает, чтобы даже не начинала. Такие люди пугают не тем, что у них гора мышц или оружие на поясе, вовсе нет. Это есть в глазах. Что-то непредсказуемое. Дикое даже. И именно оно сейчас плещется на поверхности, правда, дело не только в этом.

У каждого человека есть своё неповторимое звучание. Кто-то громкий, как шквальный ветер, кто-то тихий, как лесное озеро, но в этом мужчине будто смешаны все звуки мира разом, мешая мне понять, какой он на самом деле. А когда я не могу что-то понять, это дезориентирует.

- Хорошо, - выдыхаю, отмахиваясь от Лёшкинского обеспокоенного взгляда и подхожу к столику с компанией студентов, пока мой внезапный защитник болтает с блондином за жизнь, приобняв его, словно они старые друзья. Со стороны это выглядит именно так, но мне видно, как сильно побледнел тот, кто посчитал меня доступной.