Читаем Космопорт, 2014 № 05 (6) онлайн бесплатно

Всё же в аккуратности Помпею трудно было отказать. Уж что-что, а вот это…

Он и сам немножечко гордился, зная за собой такое свойство.

Потому он аккуратно и не торопясь закончил начатую фразу, чувствуя заранее, что вышло очень плохо, даже по пути слегка почиркал, подбирая нужные слова, поставил точку, несколько помедлил над исписанной страницей, прочитал готовый текст, отметил про себя особенно дурацкие пассажи, сокрушённо хмыкнул, точку заменил на многоточие, а после взял листок, примерился и — тщательно порвал, клочки швырнув в плетёную корзину на полу.

И так вот продолжалось раз от разу, день за днём: Помпей усердно сочинял страничку, начиная, как ему казалось, сумасшедше-грандиозную, блестящую утопию, и с редкостным упорством тотчас всё уничтожал.

Он видел: получается бездарно, беспросветно скучно, пошло, тривиально — с первых же абзацев.

И ведь что обиднее всего, Помпей отлично представлял, как мог бы написать, но дело не сдвигалось с мёртвой точки.

Он зациклился, и это было ясно.

А в издательстве копытом бьют: ещё немного — и срок договора истекает.

Он такого там наобещал!.. Шедевр, тиражи взметнутся до небес, бестселлер — не иначе.

Очень, очень уповал Помпей на новую свою утопию, и тут, по видимости, главную промашку-то и сделал.

Вряд ли стиль его работы был виной тому.

Писал он только от руки — привык, а переучиваться смысла для себя не видел. Должен быть прямой контакт с бумагой, с текстом, полагал он, вот тогда и выйдет что-то путное. И монитор перед глазами, и клавиатура под рукой — ненатурально, не способны вдохновить.

Как человек, усердно сочиняющий о будущем, техническим новациям в быту он мало доверял. Испытывал к ним стойкую и даже злую неприязнь. Хотя и мог порассуждать о них с друзьями на досуге…

«Я несчастный человек, — подумал с горечью Помпей. — Ведь я — не хуже остальных, определённо. Кто-то там, тупой, косноязычный, никаких усилий приложить не смеет — не дано — и только знай себе строчит. А ты тут мучаешься, бьёшься лбом об стенку… Чёрт бы взял всю эту распроклятую работу! С потрохами. И работу, и меня! Как надоело!..»

И тогда случилось чудо.

Книжный шкаф внезапно покачнулся, дверцы с тихим скрипом растворились, и, держа под мышкой несколько увесистых томов, из шкафа вылез самый натуральный чёрт.

— Я извиняюсь, — произнёс он гадким тенорочком, — но я, кажется, немного обознался дверью. Вот — книжонки помешали… А мы их сейчас на место! И — порядок.

Надобно сказать, Помпей, как истинный фантаст, был автор прогрессивных взглядов, смело пишущий о разных чудесах, и потому в чертей совсем не верил.

Но — опять же — как фантаст, спокойно пишущий о разных чудесах, в душе он был ко многому готов, и то, что в жизни не могло случиться, для него, по правде говоря, не выглядело вовсе ненормальным.

«Ладно, — только и подумал он, — пусть будет чёрт, в конце концов. И, что бы там ни сочиняли, он для нас — пришелец. А тогда — всё просто!»

— Звали? — ножкой прикрывая дверцы шкафа, хамским тоном начал чёрт.

— Да как сказать…

— Х-м, он ещё юлить тут будет!.. Ну, а то, что чёрт бы взял всю эту распроклятую работу?! С потрохами, кстати. Это — как? Не звали? Ну, гусар!..

— В какой-то мере — да, — признал Помпей. — Немножко поминал…

— И не в какой-то, а буквально, — огрызнулся чёрт. — Работу — вместе с вами. Дескать, забирай, чертяка!.. Не глухой я. Так чего?

Помпей заметил с укоризной:

— Что-то агрессивно вы настроены…

— Делов невпроворот! Зовут кругом, а ты давай — вертись. Совсем осатанел. Работа на измор. Ну, говорите! Времени — в обрез.

— Ишь ты… — Помпей тихонько усмехнулся. — Деловой вы, спасу нет. Раз-раз — и побежали… Так негоже. Если чёрт, то сами знать должны!

— Оно, конечно, — важно почесал под мышкой чёрт, — в какой-то мере мне заранее известно многое… Но вдруг — непредсказуемый нюанс?

— Да нет, — вздохнул Помпей, — всё, в общем, как и было… Не идёт работа, хоть ты тресни!

— Молодец, — одобрил чёрт, — поди, не графоман.

— Ах, что вы понимаете?! — вспылил Помпей.

— Вы только не орите. Я, вестимо, не учёный… Да когда учиться-то — знай успевай исполнить! Никакой системы. Но — нахватан. И немного представляю… Может, я польстить хотел! — осклабился глумливо чёрт.

— Польстить… Ну, не выходит у меня! Какая уж тут лесть?! Пишу, пишу — а всё не то… Вообразить — могу. А вот чтоб воплотилось на бумаге, в тексте, чтоб читали это и мне верили: так только и возможно, так и будет, — нет, не удаётся. Нету слов! А те, что есть, какие-то немые. Точно и ненужные совсем.

— Да, — прошептал, насупясь, чёрт, — а слово ведь — не воробей…

— Ну что за чушь вы говорите! — простонал Помпей.

— Я мыслю, — отозвался чёрт. — Не самая приятная работа. Но — увы!.. Я должен вам помочь.

— Х-м… А с чего бы?

— Вы — позвали, я — пришёл. И, коли уже здесь… Я, кстати, не ко всем хожу, — похвастал чёрт. — Нет, не ко всем. Кто с потрохами мне себя не обещает — тот… дурак. Я с дураками не вожусь.

— Так ведь и я, — смущённо произнёс Помпей, — себя бы не хотел… Работу разве что…

— А будто без своей работы вы кому-нибудь нужны! — хихикнул чёрт. — Мне всё равно: вы сами или ваше дело. Основное — чтобы с потрохами. Тут я к вам — со всей душой, с моим особенным плезиром. Значит, штучку сделать надо? Чтобы пропечатали, а после — похвалили?

— Хорошо бы, — робко покивал Помпей.

— А что я с этого имею? — жлобски подбоченясь, навострился чёрт.

— Полгонорара! — выпалил Помпей.

— Милейший, вы меня купить хотите? Чёрта?! И какой-то жалкой половиной гонорара?!.

— Батюшки, так что ж вам — целиком? — Помпей невольно ужаснулся.

— Ах, какой вы несерьёзный, — укоризненно заметил чёрт. — Ас виду — человек достойный, деловой. Обидно, право же, обидно… Нет! Я что, из ваших денег себе шубу буду шить? Или к кальсонам вырезать лампасы?

— Душу — не отдам, — бледнея, твёрдо объявил Помпей.

— Не надо, — согласился чёрт.

— Так в чём же сделка?

— Очень просто: вы мне — творчество, я вам — успех. И деньги, и почёт. До самой вашей смерти.

— Я не понимаю…

— Да чего тут понимать?! Всё, что способны сотворить, — теперь моё!

— А поконкретней?

— Содержание, почтенный. Я теперь диктую. Ну, и форма— в некотором роде…

— Дьявольская проза… — еле слышно прошептал, зажмурившись, Помпей.

— Нет! Дьявольски хорошая — вот так оно точнее! — возразил ретиво чёрт и погрозил фантасту пальцем.

— Стало быть, печатать будут? — мигом среагировал Помпей.

— Ну, эту вашу штучку — непременно. Фирма веников не вяжет. Уговор такой. Я вам устрою — пальчики оближешь! Супер будет и атласная закладка. И тираж — чтоб все враги, какие есть, враз подавились. И рецензию — конечно.

— Одной — мало, — скаредно сказал Помпей.

— Ну ладно, будет сотня. Все похвалят.

Я не жадный.

— А потом? Другие вещи? Тоже издадут?

— Не знаю, — искренне развёл руками чёрт. — Их ещё надо написать… Ведь вас интересует эта? Я её пристрою. Но — с разумной компенсацией. Посмотрим!..

— И работа у меня теперь наладится? — спросил с сомнением Помпей.

А сам подумал:

«Ежели и вправду всё смогу закончить, то, ей-богу…»

— Бога, чур, не поминать! — скривился чёрт. — Так что? Договорились? По рукам?

— А… кровь? — припомнив старые обычаи, с волненьем подсказал Помпей.

— Ах, бросьте! Эти дикости Средневековья!.. Инквизиция теперь другая… Так что не переживайте: хватит — просто по рукам.

— Ну, что ж… — сказал задумчиво Помпей. — Идёт!

И, как в былые времена на ярмарке, как два торговца, они хлопнули друг друга по рукам.

И ощутил тогда Помпей невиданную дрожь, биенье в теле — будто сквозь него прошёл мощнейший токовый разряд, встряхнувший мозг и затуманивший на миг сознание.

И вслед затем вдруг наступила поразительная ясность, облегчённость — в мыслях и во всём его усталом существе.

— Вы попусту башку не напрягайте, — посоветовал солидно чёрт. — Нет нужных слов — и ладно. Всё равно пишите. Ну, а после… После каждый увидит свой текст и свой смысл. Когда настанет время прочитать… Уж тут не беспокойтесь. Выйдет дьявольская штучка!

— Вам виднее, — с тихой, беззаботной радостью согласно покивал Помпей. — Вы, может быть, и правы. Да, найдут… И всё уразумеют.

— Ну, тогда — приветик! — в свой черёд довольный, отозвался чёрт. — Пошёл я. Дел — невпроворот. Зовут, мерзавцы, отовсюду! Но я тоже не дурак, я выбираю, чтоб солидно было… Где у вас тут дверь? А то обратно через шкаф — пылища!.. Хоть бы протирали иногда! И помните: слова за вас найдут другие.

Утопию в издательство Помпей представил в срок.

Вещь вышла очень толстая, солидная, бумага — белизны невероятной.

Все в редакции читали и потом, как утверждали очевидцы, очень долго размышляли.

И при этом взгляд у прочитавших становился мудрый, светлый и — на редкость остранённо-добрый…

Да и было, вероятно, отчего!

Воистину роман был дьявольский, иначе не определишь.

Ведь что сказал Помпею чёрт?

«Нет нужных слов — и ладно. А слова найдут другие».

Так Помпей и поступил.

И не было на тысяче страниц ни фразы, ни словечка.

Но каждый, рукопись листая, видел: мир в грядущем будет именно такой — блистательный, прекрасный и — ничем не замутнённый. Чистый-чистый…

Что потом писал Помпей — ей-богу, не известно.

Тихие завистники твердили, будто получил он от издательства заказ писать антиутопию.

Конечно, фирма веников не вяжет, только вот…

Ну, до чего бывают надоедливые типы!

Стою я как-то на углу, на остановке, и Загундяева в душе кляну.

Таких начальничков в три шеи надо отовсюду гнать, чтоб не мешали делом заниматься, вечно норовят туману напустить: мол, это сложно, очень непривычно, надо разобраться, кое с кем согласовать…

Вот тут ко мне и прилепился этот… даже и не знаю, как его назвать.

Зануда, словом, приставала — много нынче развелось таких…

Ужасно с ними тяжело.

— Прошу прощения…

Я обернулся:

— Ну?

Что-то было в нём не так… На редкость странный тип, противный…

— Я вас сразу выделил среди других, — негромко, но значительно-проникновенно заявил он и как-то нервно почесал щёку о плечо.

Однако!..

— Ну, спасибо! Прямо осчастливили.

Нет, этот тип определённо раздражал.

Но что же, чёрт возьми, мне в нём не нравилось?

— Спасибо я вам буду говорить. Потом.

— Х-м… Денег, что ли, не хватает? Так я не филантроп. Из принципа.

— Вот это жаль, — с укоризной произнёс тип и шумно втянул носом воздух. — Надо быть душевней…

— Это уж, положим, я и сам решу — что надо… — отчего-то захотелось непременно как-нибудь поддеть его, обидеть: после склоки с Загундяевым я весь кипел от ярости. — Дорогу, может, показать?

— Нет, что вы, я дорогу знаю. Здесь недалеко! — Он торопливо кивнул в сторону дома с аркой, так как обе руки были заняты увесистыми пакетами. — Тут другое… Мне требуется ваша помощь. Всего одна минута!

Ну, ещё бы! Все так говорят. А после…

Я давно уже не благодетель. Разумеется, могу перевести старушку на ту сторону или оделить чужого сигареткой, но всё это мелочи… По мелочам — не жалко.

За ерунду особенно признательны и быстро отстают… Что, в сущности, и нужно…

— Помощь, ишь ты… Без меня, выходит, — ну никак?!

— Совсем никак, — уныло покачал тип головой. — Ваше биополе…

— Что?!

И этот Кашперовских с Глобами наслушался да насмотрелся разных экстрасенсных сериалов! Скоро все уже свихнутся…

— Биополе, — с протяжным вздохом повторил он. — Вы — грандиозный конденсатор. Сгусток энергии, вулкан!.. Потенциал — сказка!

Я остолбенел: о чём он? Что за бред?!

Ну и денёк! Ещё и лезут всякие…

— Послушайте, отстаньте, — попросил я, делая шаг в сторону. — Не до этого… Что вы хотите от меня? Я жду автобус. Тихо, мирно.

— Ждёте… Значит — не спешите, — сделал вывод незнакомец.

— Интересно получается! Спешу — не спешу… Кого это волнует?

— Меня волнует, — наглея на глазах, сообщил тип. — Вам исключительно нужна разрядка, и не спорьте! — тонким голосом затараторил он. — Так это поправимо! Дело-то минутное… Подсоединю — вжик! — и готово. Вы — спокойны, а мои аккумуляторы — полны.

Ой, как мне сделалось внезапно тошно! Точно зубы разом заболели…

— Какие ещё аккумуляторы?! Где?! — простонал я, свирепея. — Здесь? — легонько постучал я пальцем по лбу. — Припекло?

— Ну, зачем уж сразу так… — угодливо заулыбался тип — Здесь — всё в порядке. Надо, чтобы аппарат взлетел… Знаете, на волнах гравитации качаться можно очень долго, но вот чтоб сдвинуться… Тут биореактивная струя-то и нужна! А я иссяк…

Похоже, переутомился. Мне домой пора! Давно пора… Я сразу вас заметил… Вы… Пойдёмте, а?

— Куда?

Я ничего уже не понимал.

Точнее, мысль одна мелькнула, но уж больно мне противно стало, жутковато и противно.

Воспитание не то, не выношу…

А тут ещё — какое-то поганое мерцание в глазах… И этот непотребный тип с пакетами…

Всё, в отпуск — завтра же, к чертям! Пусть хоть с работы увольняют.

И объяснять не буду никому.

Я тоже переутомился! Не могу!..

— Да тут совсем недалеко! — заискивающе глядя на меня, повторил тип. — Вон — дом. Большой такой… И во дворе… Под арку — и направо…

«Хорошо, хоть во дворе, а не в квартире, не в притоне… — машинально проскочило в голове. — Или он бомж и где-то в подворотне обитает?»

— А потом? — тупо осведомился я.

— Чудак! Не бойтесь, я ведь не кусаюсь… Там он и стоит, мой драндулет. Хотя бы полюбуетесь немного. Старенький, но — штучка! Ну, пошли, а?

С ласковой кроткой улыбкой он вытащил руку из кармана и попытался взять меня за локоть…

И тогда, презревши всякие приличия, я резко отпихнул его и, не оглядываясь, устремился прочь.

Летел, как спринтер при побитии рекорда, и автобуса не надо — только во все стороны, ругаясь и грозя мне кулаком, шарахались прохожие, и всё ещё стоял в ушах печальный крик: «Да погодите! Как же я без вас?!.»

Дома, обессиленный, я принял ванну, вытерся и сразу повалился на диван.

Злость на начальника куда-то испарилась, в душе были прохлада и покой…

Как будто ничего и не случилось…

Да уж, это точно: не хватает нам ни времени, ни места, чтобы двигаться активно, чтобы получать разрядку, не мешая никому!..

Потом я сел смотреть телевизор, и о минутном, давнем инциденте думать вовсе расхотелось.

Мало ли на свете типов, изнывающих от скуки, одиноких психопатов! Если всех всерьёз воспринимать…

И лишь к полуночи, когда я изготовился лечь спать, меня вдруг осенило.

Я внезапно понял, что меня так неожиданно перепугало в этом чудаке, чем именно он показался странным…

Маленький такой штришок… Рука в кармане… и ещё две — с тяжеленными пакетами!

У незнакомца было три руки!

Три!

Правда, в остальном всё было, как и у людей. Хотя бы внешне…

М-да… Кто нынче только ни ловчит попасть в столицу, боже ж мой!

Мигранты, блин…

Звездолёт «Нептун» покинул Землю три недели назад. Направлялся он к неизученному сектору. Миссия была обыденна — найти планету с полезными ископаемыми, отметить её на звёздной карте и целиком «переработать». Экипаж традиционно состоял из молодой семьи: папы, мамы и ребёнка.

Даниил, отец семейства, сидел в своём кабинете и делал записи. Постучавшись, к нему вошла Клавдия, молодая жена. Увидев перед мужем бумагу с загогулинами, она кокетливо рассмеялась:

— Ума не приложу, что ты с этими древними бумажками затеял.

— Это исторически полезный материал, — сказал Даниил, — именно с него, между прочим, началась эпоха просвещения.

— Что ты в них записываешь?